Читаем Опасная скорбь полностью

Монк поставил на секунду свою чашку с шоколадом.

– Очень тяжело, – ответил он, снова припоминая все то, что тревожило и сбивало его с толку. – Какое-то время она держалась весьма мужественно. Потом вдруг словно надломилась, почти не выходит из своей спальни. Мне сказали, что она больна, но так ли оно на самом деле, не знаю. Я ее совсем не вижу.

– Бедняжка, – посочувствовала Калландра. – И какое затруднение для вас! Вы полагаете, она что-то знает?

Монк пристально взглянул на собеседницу. Глаза у него были замечательные – темно-серые, ясные, пронизывающие, бросающие многих людей в дрожь. Однако Калландра могла бы выдержать и взгляд василиска.

– Мне приходило это в голову, – осторожно отозвался он.

– Вам просто необходимо, чтобы в доме был кто-нибудь из ваших людей, на кого ни слуги, ни домочадцы не обращали бы никакого внимания, – сказала она так, как если бы эта идея только что пришла ей в голову. – Причем это должен быть человек, не имеющий отношения к следствию и в то же время наблюдательный, умеющий судить о людях по их поведению. Он сообщал бы вам в удобное время обо всех замеченных им тонкостях и деталях.

– Чудес не бывает, – сухо заметил Монк.

– Отчего же! – в тон ему ответила Калландра. – Женщина вполне могла бы справиться с такой задачей.

– У нас в полиции женщины не служат. – Он поднял чашку и бросил поверх нее взгляд на Калландру. – И даже если бы служили, как бы она проникла в дом?

– Разве вы не упомянули, что леди Мюидор слегла в постель?

– Что это меняет? – Монк широко открыл глаза.

– Может, ей стоило бы принять на работу сиделку? Она ведь действительно заболела от потрясения после смерти дочери. Вполне вероятно, она догадывается о том, кто убийца. Неудивительно, что она слегла, бедняжка! Любая женщина на ее месте не выдержала бы такого горя. Я думаю, что присмотр ей просто необходим.

Монк, забыв о шоколаде, внимательно глядел на Калландру.

– Эстер Лэттерли в данный момент без работы, а она превосходная сиделка, одна из питомиц мисс Найтингейл. Я могу дать ей отличную рекомендацию и уверена, что она ее оправдает. Эстер весьма наблюдательна, как вам известно, и отважна. Тот факт, что в доме недавно произошло убийство, вряд ли ее отпугнет.

– А как же лечебница? – медленно проговорил Монк, и в глазах его зажглись искры интереса.

– Она там больше не работает, – с невинным видом ответила собеседница.

Уильям слегка вздрогнул.

– Не сошлась во взглядах с доктором, – пояснила Калландра.

– О!

– А доктор – дурак, – добавила она.

– Разумеется. – Монк постарался подавить улыбку, но глаза его выдали.

– Если вы не возражаете, – продолжала она, – Эстер могла бы временно устроиться на службу в семейство сэра Бэзила Мюидора в качестве сиделки при леди Мюидор. Я бы поспособствовала ей в этом. На вашем месте я бы не обращалась в лечебницу. И буду вам очень признательна, если вы не станете при Эстер упоминать мое имя, разве что в крайнем случае.

Инспектор широко улыбнулся.

– Я понял вас, леди Калландра. Отличная идея. Я весьма вам обязан.

– Не стоит благодарности, – с невинным видом сказала она. – Право, не стоит. Я поговорю с моей кузиной Валентиной, которой будет весьма приятно оказать услугу Беатрис, порекомендовав ей в сиделки мисс Лэттерли.

Эстер была настолько захвачена врасплох приходом Монка, что даже не задумалась, откуда полицейский мог узнать ее адрес.

– Доброе утро, – удивленно сказала она. – Вы… – И замолчала, не зная, о чем, собственно, хочет его спросить.

При необходимости Уильям мог действовать весьма осмотрительно. Искусство это, правда, давалось ему нелегко, но во имя собственного честолюбия он научился обуздывать и свой вспыльчивый характер, и даже гордость.

– Доброе утро, – довольно любезно отозвался он. – Нет, ничего страшного не произошло. Я пришел просить вас об одном одолжении, если вы не против.

– Меня? – Она взглянула на него изумленно и недоверчиво.

– Если позволите. Разрешите мне присесть?

– О… конечно. – Эстер указала на стул возле едва тлеющего камина в гостиной миссис Хорн.

Монк сел и, опасаясь, что светская беседа об общих знакомых неминуемо коснется Калландры Дэвьет, решил сразу приступить к делу.

– Я расследую убийство дочери сэра Бэзила Мюидора, случившееся на Куин-Энн-стрит.

– Мне приходило в голову, что его должны были поручить вам, – вежливо ответила Эстер, глядя на него. – Газеты до сих пор шумят об этом деле. Но я никогда не встречалась с Мюидорами и ничего о них не знаю. Они каким-то образом связаны с Крымской войной?

– Только косвенно.

– Тогда что же я могу… – Она остановилась, выжидая.

– Ее убил кто-то из домашних, – сказал Монк. – Возможно даже, член семейства.

– О… – В глазах Эстер возникло понимание. Она еще не знала уготовленной ей роли, но уже могла себе представить, в каком сложном положении оказался сам Монк. – И как же вы ведете расследование?

– Аккуратно. – Он улыбнулся уголком рта. – Леди Мюидор слегла. Не знаю, от горя ли – до недавнего времени она держалась весьма стойко. Не исключено, что она каким-то образом узнала, кто именно из ее близких имел к этому отношение.