Читаем ОНО полностью

И тут он ясно услышал Голос Другого: Черепаха, должно быть, умерла, но это было то, что заменило ее.

«Сынок, ты действительно хорошо поработал».

Затем все прошло. Силы возвращались к нему. Но он все еще чувствовал себя слабым, подавленным, в полубессознательном состоянии.

Он посмотрел через плечо и увидел черную кучу ночных кошмаров, умирающего Паука, все еще подергивающегося и содрогающегося.

— Ричи! — закричал он хриплым сорванным голосом. — Ричи, где ты?

Нет ответа.

Свет исчез. Умер вместе с Пауком. Он похлопал по карману рубашки; там был последний коробок спичек, но он не мог зажечь ни одной — они промокли от крови.

— Ричи! — снова закричал он, начиная рыдать.

Он пополз вперед, одна рука вперед, потом другая — в темноте. Наконец одной рукой он наткнулся на что-то, что вяло отозвалось на его прикосновение. Он стал нащупывать… и остановился, когда дотронулся до лица Ричи.

— Ричи! Ричи!

Опять нет ответа Едва двигаясь в темноте, Билл одной рукой обхватил Ричи за спину, другой под колени. Он с трудом встал на ноги и медленно, спотыкаясь, поплелся обратно.

3

Дерри/10.15 утра

В 10.00 сильные колебания, которые сотрясали окраины Дерри, усилились и превратились в громыхающий рев. «Дерри Ньюз» позже сообщали, что опорные стойки подземных коммуникаций Канала, ослабли под напором потока воды и просто не выдержали, разрушились. Однако нашлись люди, которые были не согласны с этим мнением.

— Я был там, я знаю, — говорил своей жене Гарольд Гардинер. — Это не опорные стойки сломались. Это было землетрясение, вот что это было. Проклятое землетрясение.

Так или иначе, результат был один. Когда громыхание стало еще сильнее, начали дрожать стекла окон, а потом они разбивались вдребезги, штукатурка стала падать с потолков, и нечеловеческий скрежет и скрип потолочных балок и грохот разрушающегося фундамента слились в пугающем хоре. Кирпичный фасад «Мэтченс» пошел трещинами, как будто его схватила какая-то гигантская рука. Кабель, держащий шатер кинотеатра «Аладдин», лопнул, и шатер с шумом упал на землю. Аллея Ричарда, которая проходила сзади Центральной улицы, внезапно оказалась завалена камнями желтого цвета от дома Брайана Дауда, построенного в 1952 году. Чудовищное облако желтой пыли поднялось в воздух и унеслось, как вуаль на ветру.

В то же самое время взорвалась статуя Поля Баньяна перед Городским Центром. Как будто сбывалась клятва той старой учительницы рисования, что она взорвет эту чудовищную статую. Бородатая улыбающаяся голова взлетела в воздух. Одна нога упала вперед, другая назад, будто Поль попытался сделать прыжок с таким энтузиазмом, что разорвался на части. Части эти разлетелись, как облако шрапнели, гипсовый топор поднялся в дождливое небо, исчез, а потом вернулся обратно, кувыркаясь и поворачиваясь то одним концом, то другим. Он пробил сначала крышу над Мостом Поцелуев, а потом и пол.