ОНА: Не, ты сделай вид, что устал. Вот так. Грустный, замученный взгляд. Веки прикрыты. Руки опущены от усталости. Вставай и иди, еле передвигая ноги.

ОН: Я так на гориллу похож.

ОНА: Какая разница, пусть горилла, но мужского рода и уставшая. И тут тебя встречаю я, горилла-девочка, но очень заботливая. И говорю…

ОН: Так горилла, еще и говорящая.

ОНА: Рыбаков и без слов учил быть чувственной. Но со словами есть синергетический эффект.

ОН: У гориллы высокая эрудиция и богатый словарный запас.

ОНА смеется.

ОНА: Между прочим, у гориллы журфак за плечами.

ОН: Ну хорошо – горилла с журфаком за плечами. И..?

ОНА: Беру тебя за руку, смотрю в глаза и томным голосом говорю: «Устал, мой любимый? Я так переживаю, ты так устаешь». Глажу при этом тебя по голове.

ОН: Если бы горилла была безответственной, то она не стала бы делать вид, что ей меня жалко.

ОНА: Вот Рыбаков про это тоже говорил, что нужно правильно все делать. И гладить, и жалеть.

ОНА: Ты простишь меня?

ОН: За что?

ОНА: Я солгала тебе.

ОН: Про что?

ОНА: Про мальчика.

ОН: Про какого мальчика? У тебя кроме меня кто-то есть?

ОНА: Я не могу сейчас об этом говорить. Давай в следующий раз.

ОН: Я подожду.

6. Факир

ОНА: А мне моя работа не очень нравилась. А тебе?

ОН: Я много чем занимался. В активных продажах работал…

ОНА: А пассивные продажи, интересно, тоже бывают?

ОН: Жаль биатлоном не занимался. Мог бы быть суперкальянщиком. У меня друг – чемпион России по биатлону. Правда, среди юношей. Но кальян раскуривает быстрее

всех. Машина, а не кальянщик. Зарабатывает. Легкие хорошие. Хорошие легкие – легкие деньги.

ОНА: Чемпион среди кальянщиков. Только теперь, наверное, легкие похуже стали. Табак, дым и все такое. А ты чего?

ОН: Ну, я продавал какие-то экокапсулы и антихолестериновые сковородки, на которые гравитационное поле земли не действует.

ОНА: Ух ты, там, наверное, и смайликам-яйцам не больно. И холестерина нет.

ОН: Я от сковородок быстро отказался. Много места занимают. А экокапсулы у меня до сих пор лежат. В основном занимался дизайном – это профессия у меня такая.

ОНА: Ты, значит, очень креативный.

ОН: Я типичный ТРУЖОПЕРУСК. Так я себя называю.

ОНА: Это как?

ОН: Быстро все у меня. Ну сокращенно ТРУжусь и Живу с ОПЕРежением и УСКорением. Тружоперуск.

ОНА: Я же говорю, креативный ты.

ОН: Я себя еще не очень нашел. Все время, кажется, что для чего то большего создан. Так-то много чего делал. Даже факиром работал. С женой на пару. Из–за этого без жены и остался.

ОНА: Ты ее распилил?

ОН: Нет, этого у нас не было. В нас сгорели эмоции. В прямом и переносном смысле.

ОНА: Это, наверное, очень опасно. Босиком по стекляшкам. На ножах лежать. Огонь глотать.

ОН: Я вижу, ты все видела.

ОНА: Нет. Только один раз. В Турции, когда с мамой отдыхала. Там аниматор-карлик по ночам на файер-шоу что-то пил из огромной бочки и огнем плевался. Мне было страшно. Я все время думала: а вдруг он загорится? И горящего карлика никто не спасет. Это была бы ужасная и глупая смерть. Мне даже как то это приснилось. Вот, смотри, у меня фото есть и видео.

ОН: Да нет, здесь только техника. Как встать, как лечь и как глотнуть. Ну и везение быть должно. Мне не везло. Вся спина исколота и ноги порезаны.

ОНА: Больно было?

ОН: Ну, да, больно. Особенно когда ноги резал, но я терпел. Мне жена ассистировала. Там на тело специальная жидкость наносится. Но однажды она неправильно облила жидкостью, а в этом деле даже лишняя капля все решает, я и загорелся. Вот смотри, все плечи сожжены и спина.

ОНА: Ты не смог ей этого простить и развелся?

ОН: Не. Она меня никогда не хвалила. Эта лишняя капля переполнила чашу терпения и оказалась последней. Ведь она меня даже не пожалела. Я же говорю, сгорели и плечи, и эмоции.

ОНА: У нее была эмоциональная тупость последней стадии. Так про таких Рыбаков говорил.

7. Лук и чеснок

ОНА чистит лук и чеснок, сидя за кухонным столом. Гора лука, горка чеснока. Чистит лук и одновременно заедает его чесноком и хлебом. ОН удивленно смотрит на это.

ОНА: Не подходи близко. Ты будешь плакать.

ОН: Пока наоборот. Ты собираешься мне приготовить луковый суп с чесночными гренками?

ОНА: Это не для тебя. Это для гостей.

ОН: Какие гости с утра?

ОНА: Для гостя одного, но непрошенного. Мой бывший парень может прийти. Он какой-то вампир. Бегает за мной. Звонит мне, звонит. Я его скидываю, а он пишет: “Как ты со мной поступила?! Ты же знаешь, как я тебя любил?”

ОН: А как он тебя любил?

ОНА: Вот он про это. “Я на тебя пятьдесят тысяч потратил за три недели каких-то”

ОН: Любил сильно.

ОНА: Вот еще пишет: “А я думал, ты не такая как все.” Вот собираюсь его отпугнуть или, по крайней мере, вызвать отвращение.

ОН: Он знает про нас?

ОНА: Пока нет. Сегодня узнает.

ОН: Если чеснок и лук не сработают, попробуй осиновый кол. Давай я тоже попробую.

ОН: Длинно целует ее в губы.

ОН: У тебя все равно самый вкусный рот. Мне пора. Не забудь про осиновый кол.