Читаем Они ковали ядерный щит СССР полностью

– А где в нашем городе проходило совещание?

– На проспекте Кирова, 27, рядом с рестораном «Центральный». Там долгие годы располагалось Управление КГБ. Утром направились в Нальчик, с нами не было только Копейкина, получившего срочное поручение от Суслова. Дорога, хотя и хорошая, но асфальта хватило только на половину пути. Перед въездом в столицу Кабардино-Балкарии нас встретило руководство республики во главе с первым секретарём обкома партии З.Д. Кумеховым. В сопровождении почётного эскорта направились прямо на совещание, которое затянулось, хотя и с перерывом на обед.

Пока шло совещание, я заправил машину, обмыл её после пыльных дорог. Когда ехали из Ставрополя в Пятигорск, Кобулов поинтересовался у Панкова: «Что за водителя ты посадил за руль? Он наш сотрудник или простой шофёр?» Ответ краевого комиссара ему понравился: «Он не только офицер НКВД, но и старейший водитель, за рулём с 1927 года». Богдан Захарьевич похлопал меня по плечу, сказал, что впредь будет называть меня Вано, на грузинский манер.

Во время обеда в обкомовской столовой познакомился с председателем Баксанского сельского Совета Азретом Шоковичем Бифовым. Радушным приглашением посетить его дом воспользовался уже после войны, в конце сороковых. Гостеприимный был человек, дружба наша продолжалась много лет, до самой его кончины. Недавно от его сына Жамала Азретовича узнал добрую новость: одна из улиц города Баксана названа в честь А.Ш. Бифова, моего старого друга-фронтовика. Молодцы кабардинские товарищи: умеют ценить достойных своих сыновей!

Нам предстояла поездка в Северную Осетию. Многие руководители стали предлагать свои машины, но Кобулов решительно заявил, что всю эту сложную командировку будет ездить только на «Бьюике» и только с Вано. Признаться, сам я не был готов к продолжительной поездке, не взял из дома ни полотенца, ни носового платка, не говоря уже о запасном комплекте белья, бритвы, прочих мелочах. Привык к строгой дисциплине и, когда последовало указание Василия Михайловича поступить в распоряжение уполномоченного ГКО, посчитал это за честь для себя, готов был смириться с любыми сложностями и проблемами, ведь шла война…

Уже без Панкова отправились в Орджоникидзе. Дорога на этом участке асфальтирована, что позволило держать приличную скорость – до ста километров в час. Во всяком случае, за всю поездку нас никто не обогнал, что очень нравилось моему могущественному пассажиру. Ещё он приказал, чтобы на весь срок командировки мы оба – водитель и телохранитель – должны ночевать в его номере, обедать за одним столом. И сам тоже не изменял нашему «Бьюику».

– Ну и как вас встретили в Орджоникидзе?

– Встретили ещё в Беслане на четырёх автомобилях: начальник республиканского НКВД и его ближайшие помощники. В этот раз шеф и меня позвал, чтобы я тоже был в курсе проблем. Первым секретарём в Осетии работал Н. Мазин, вместе с Богданом Захарьевичем они и провели совещание.

– Иван Никифорович, а Кобулов говорил с сильным грузинским акцентом?

– Акцент чувствовался, но владел русским он прекрасно. Каждое слово произносил чётко, совершенно не ругался, речь была поставлена хорошо, понятно, значительно. Когда поступали вопросы из зала, отвечал сразу, не заглядывая в бумаги. А то и сам задавал вопросы. Кстати, совещание было настолько содержательным, что у меня сложилось впечатление, будто обговорены и улажены все поставленные вопросы.

Ближе к вечеру организовали ужин. Стол накрыли человек на двадцать, но пришлось местным товарищам потесниться ещё на два места. Кобулов меня вообще посадил справа от себя и представил не только водителем, но и вторым телохранителем.

Утром, позавтракав, отправились в сторону Грозного. Осетинские машины проводили нас до границы с Чечено-Ингушетией, а одна ехала за нами до самого Грозного. И там всё началось с доклада руководителя НКВД, и потом уже нас принял первый секретарь В.А. Иванов. Совещание затянулось до позднего вечера. Машину за это время помыли и заправили. Кстати, в бензобак заливали авиационный бензин. Всё в этот раз повторилось, как в предыдущих городах. После совещания – плотный ужин, утром – отъезд в Махачкалу. Дороги в тех местах были неплохие, где не было асфальта, его заменял приличный грейдер.

В Махачкале задержались на два дня. Местное руководство уговорило искупаться в море, испробовать шашлыки на природе. Нас доставили на правительственную дачу – там и охрана своя, и пляж закрытый. Народа собралось не так много: человек двадцать. Все разделись и кинулись плавать – жара в те дни стояла невыносимая.

Я остался в машине: ведь шёл уже шестой день командировки, а у меня не было сменного белья. Вдруг подходит Богдан Захарьевич и спрашивает, почему не купаюсь вместе со всеми. Честно ответил, назвав истинную причину. Тогда он подозвал начальника Дагестанского НКВД и распорядился всё организовать. Бельё привезли быстро, даже носки и носовые платки, приличную куртку. Уже переодевшись, искупался в тёплой морской воде Каспия.