Читаем Она и он (СИ) полностью

Следующий день начался с кофе и сигарет. С удивлением обнаружила, что не о чем не думаю. Будто не живу, а смотрю фильм арт-хаус со стороны. Такой скучный, тупой фильм... Звон разбитой керамики вывел меня из ступора. Я глянула под ноги, по балкону вместе с остатками кофе разлетелись куски кружки. Той самой любимой кружки мужа. Я даже не почувствовала, как выронила ее. Символично. Хотя тот, кто сравнил семью с кружкой, был очень примитивным человеком. Будь так все просто в жизни, так все были бы счастливы. Семья - это ежедневная, кропотливая работа, постоянный поиск компромиссов и решение различных вопросов. А есть еще ответственность, эмоциональные всплески, физиологические потребности, наконец... Короче, все очень сложно!

На автомате я убрала осколки. Давящая тишина в квартире становилась невыносимой. Я пожалела, что накануне отправила дочку к бабушке, сейчас бы щебетал ребенок рядом... Включила телевизор. Эфир пестрел свежими, безразличными для меня, новостями. Следом начался какой-то сериал. Никак не могла уловить смысл... Стоп, нужно выйти на воздух. А куда идти? Да не все ли равно. Куда ноги поведут.

После двухчасового бесцельного шатания ноги привели к церкви. Да, давно я здесь не была. А чего удивляться? Религиозностью наша семья никогда не отличалась, воспитание не то. Мы - дети времени социализма, никогда не понимали, зачем благодарить кого-то эфемерного, когда человек сам кузнец своего счастья. Значит, никому, ничего не должен. Слава себе любимому! Другое дело, когда беда. И сразу возникает вопрос: "за что?", да мольбы "спаси и сохрани!". Даже "прости" не всегда. Ведь проще назначить в своем горе кого-то другого, а не себя. И уж тем более, где нам понять и принять, что некоторые события в жизни даются нам не за что-то, а во имя чего-то.

Я посмотрела вверх. Золотые купола ласкали взгляд, звон колоколов грел душу. Сердце подтолкнуло к храму, и я зашла внутрь. Дохнуло успокаивающим ароматом ладана и мирры. Яркие огоньки свечей создавали жизнеутверждающую атмосферу. Их мерцающие блики словно оживляли одухотворенные лики икон. Шла служба. Священник мелодичным басом пел псалмы. Немногочисленные прихожане не обращали на меня никакого внимания, но я явственно ощутила чей-то взгляд. Я пригляделась, со стороны на меня укоризненно взирала богоматерь с младенцем на руках. Молитв я не знала, молиться не умела. Просто зажгла свечу и поставила к иконе. Не знаю почему, но глядя на огонь, перед глазами вновь пронеслись события последних месяцев. Эмоции бурным потоком слез выплеснулись наружу. Я не могла ни уйти, ни сдвинуться с места, просто стояла и слезы без остановки текли и текли по щекам. Я еле сдерживалась, чтобы не перейти на рыдания. Последний раз я так умывалась слезами, когда умер мой отец. Ко мне тихо подошла послушница и положила руку на плече.

- Деточка, ты кого-то похоронила?

- Нет, - я еле ответила сквозь слезы.

- Так чего тогда так убиваться? Все остальное мирское, не гневи Бога. Исправить можно все, кроме смерти.

- Я не знаю, как жить дальше.

- А тебе и не нужно. Бог мудрее, он сам знает, как для тебя лучше. Просто принимай все с благодарностью. Прощенья не забудь попросить и прости всех, кто причинил тебе боль.

- Это очень сложно, - вздохнула я.

- Да, многие умению прощать учатся всю жизнь. А то, что свечку к этой иконе поставила, молодец, она поможет. "Отче наш" знаешь?

Я помотала головой.

- Выучи и обязательно приходи на причастие. И ребенка приводи.

Откуда она знает про ребенка? Ой, у меня же растет прекрасная дочка! И если бы не Артем, у меня бы ее не было. Как же я ему благодарна. Как я благодарна Богу! Я утерла слезы. Я еще долго стояла у иконы, приходя в себя, мысленно прося прощения и благодаря высшие силы за все, что у меня есть. Постепенно на душе стало светлее. Мне даже показалось, что богородица сменила гнев на милость, в ее глазах я увидела надежду.

Выйдя на улицу, я вновь за долгое время, ощутила жизнь. Оказывается, ночью прошли первые заморозки. Иней покрыл все деревья, дома и машины. Он мерцал под лучами яркого солнца разноцветьем искр. Люди, подняв воротники и натянув шапки, спешили по своим повседневным делам. Я вздохнула полной грудью чистый, морозный воздух. Вырвавшийся из легких пар, подтвердил, что я жива. Боже как хорошо! Хорошо, что у меня есть здоровый ребенок. Да и сама будто заново родилась. Хотелось прокричать: "Люди! Я живу!" А остальное? От остального я устала. И пока даже думать не хочу. Все. Отпустило. Появилось будничное желание сделать дома генеральную уборку, ведь скоро Новый год. Как говорится с Новым годом! С новым счастьем!

Увлекшись борьбой с пылью, я и не сразу услышала телефон. Звонил Артем. Признаки тахикардии тут же дали о себе знать и чуть отдышавшись, я сняла трубку.

- Да...

- Я хочу домой, - глухим, измученным голосом сказал муж.

Я молчала.

- Вернее, я хочу к тебе, - поправил он.