Читаем Он+Она полностью

Продолжая бегство, ставлю ногу на педаль газа, и мы устремляемся на Шоссе 101 по направлению на север. Проехав безумно красивый красный мост Золотые Ворота и извилистую дорогу между горами, вливаюсь в спокойное движение машин и бросаю взгляд на Хью. Он улыбается. Нет, это не широкая улыбка в 32 зуба, а скорее мальчишеская и непринуждённая. Такая улыбка появляется, когда ты отстраняешься от реальности, погружаешься в свои мысли и улыбаешься неосознанно. Это так мило. Его густые волосы развеваются на ветру, при этом Хью несколько раз проводит по ним пальцами. Не думаю, что он хочет поправить прическу, скорее всего, просто привычка. Повторив несколько раз подобное движение, откидывается на сиденье, расслабляет руки и вытягивает вперёд свои худые ноги. Склоняет голову и смотрит на меня из-под тёмных ресниц, затем настолько сексуально подмигивает, что я таю. Не думаю, что он хотел добиться именно такого эффекта. Боже, помоги мне устоять.

- Что? - спрашивает парень.

Трясу головой.

- Ничего, - говорю я, в то время как внутри поднимается тяжёлый жар от живота к груди, шее, затем заливает щёки, так как понимаю, он заметил, как я рассматривала его. Чтобы отвлечься, шарю рукой за сиденьем Хью, пытаясь одновременно не съехать с полосы, достаю полиэтиленовый пакет и бросаю ему на колени.

- Можешь открыть его для меня?

- Конечно, - он ухмыляется и раскрывает пакет, в котором лежат две пачки печенья с предсказанием. - Итак, с какой начнём: старые добрые скучные печенья или супер-пупер-крутые, сто-процентно-смешные и пошлые?

Я смеюсь.

- Давай начнём ссс… , - растягиваю каждое слово, насколько это возможно, словно ведущий телевизионного ток-шоу, и вижу по его озорному взгляду из-под бровей, что он, несомненно, хочет открыть пошлые печенья. - Стандартных обычных скучных печений.

- Фууууу! - говорит он подвывая. - У меня есть идея получше.

Он открывает обе упаковки и высыпает их в полиэтиленовый пакет из супермаркета. Затем закручивает сверху, оставляя внутри немного воздуха, и активно трясет его, смешивая обычные печенья с пошлыми.

- Перемешаем их! Сладкие, похожие на тебя, с пошлыми, похожими на меня, - он соблазнительно понижает тембр голоса.

- Я всецело отдаюсь на волю этих печенюх.

Наш маленький стёб заставляет петь всё моё нутро. Прямо сейчас моя улыбка намного шире, чем лицо.

- К тому же, я подумал, что пошлые предсказания сделают нашу поездку намного интереснее. Кто знает, сколько ты проведёшь времени за рулём.

- Да, думаю, мы сможем доехать отсюда до Аляски или окраины Южной Америки, если я сейчас развернусь и поеду в противоположном направлении. Мне всегда хотелось увидеть Мыс Горн, или он называется Мыс Страха?

- Вообще-то, Мыс Страха - это фильм, а Мыс Горн - остров в нижней части Чили, и если твой Фиат может ехать под водой, как в фильмах про агента 007, то это не станет большой проблемой. Впрочем, мы можем доехать до Ушуаи в Аргентине, которая считается самым южным городом в мире.

- Остряк. Откуда ты всё это знаешь?

- Просто мне всегда нравились фильмы Мартина Скорсезе, и по мере взросления я был одержим картами. Некоторые ребята играли в казаков-разбойников, а я - в зануду. Я даже заставил маму оклеить стены моей комнаты географическими картами.

Хью открывает пакет и вытаскивает одно печенье, затем даёт его мне, рассказывая о правилах:

- Читаем предсказание и выкрикиваем в конце «в постели».

- Окей, - смеюсь я и откусываю кусочек, нарушая твердую оболочку зубами. Половина печенья крошится во рту, а мой влажный язык касается сухого кусочка бумаги внутри. Берусь за небольшой листочек, который кажется инородным предметом во рту, и достаю его. Ловко управляясь с рулём и лавируя в потоке машин, читаю то, что написано внутри:

- «Вы талантливы».

- В постели! - выкрикивает Хью.

- Точно, совсем забыла. В постели! - кричу я из кабриолета, пронзая встречный ветер.

Поворачиваю взгляд на Хью, который смотрит на меня с мальчишеской ухмылкой, от которой я готова умереть.

- Хороша в постели, да? - спрашивает он.

- Печенья лучше знают.

Заканчиваю со своим печеньем, в то время как Хью достает другое для себя, кладёт его между зубами и откусывает. Оно с хрустом разламывается, Хью достаёт маленькую бумажку и читает:

- «Признайте ваши недостатки».

- В постели! - выкрикиваем мы хором.

- Как мне удалось вытащить себе недостатки, а тебе талант в постели? - хохочет Хью.

- Не волнуйся, я научу тебя всему, что знаю сама, - касаюсь его коленки и сжимаю её.

Хотя все эти маленькие кокетливые намёки начинались как шутка, по мере того как мы лучше узнаём друг друга, они медленно набирают вес. И я не могу отрицать, что между нами проходят электрические разряды. Это вызывает у меня дрожь, и я отдаляюсь. Хью для меня, словно цветок для пчелы, от него всё моё тело гудит.

Хью протягивает мне следующее печенье, и мы повторяем эту операцию много раз. Независимо от того, чем занимаемся, мы всегда находим способ превратить всё в забаву. Опустошать упаковку печенья с предсказанием в машине на скорости 70 миль в час на шоссе гораздо веселее, чем я могла себе представить.