Читаем Он+Она полностью

Прошло уже более двадцати четырёх месяцев с тех пор, как я опрокинул последнюю рюмку. А держать себя в узде - это, бесспорно, самая трудная вещь, которую мне когда-либо приходилось делать. Нельзя так просто по мановению волшебной палочки решить бросить пить и спустя несколько недель или даже месяцев избавиться от потребности. Нет, зависимость - это постоянная борьба. Когда я вижу, как кто-то напивается до потери сознания, мне его не жаль - я ему завидую. Это болезнь, но я не хочу лечиться от неё, хотя знаю, что она причинит боль или даже убьёт.

В такие моменты слабости, я заставлял себя прислушиваться к хорошей стороне своего сознания. Кто-то назовёт это голосом разума, я называю не-просри-всё голосом.

Голос подсказывает мне: «Эта девушка лучше любого ликёра, к которому притрагивались твои губы, и ты хочешь ещё». На этот раз голос прав, и я готов к нему прислушаться.

Из-за шума, который я поднял, постоялец в соседней комнате стучит по стене. Или, может, это сосед снизу? Но мне всё равно, и я направляю всю энергию в сторону кровати, одновременно борясь с желанием пуститься на поиски ближайшей бутылки виски, спирта или пузырька NyQuil*. Печально, до чего же я докатился.

NyQuil – американская микстура от простуды, применяется перед сном и имеет в составе снотворные компоненты.

Если мне удастся заставить себя уснуть, то я смогу найти спасение во снах вместе с Ши. Каким-то образом, несмотря на то, что я каждой нервной клеткой борюсь с зависимостью, мысль о Ши спасает меня. Она - мой здравый ум.

Глава 18

Она

Через оконные занавески в мою комнату просачивается тусклый свет. Поворачиваюсь под одеялом, чтобы посмотреть который час. Из-за снотворного я проспала достаточно долго. Если не потороплюсь освободить номер, то отель возьмёт с меня плату за ещё одну ночь. С нечеловеческой скоростью принимаю душ и одеваюсь. Стоя перед зеркалом, заплетаю влажные волосы в свободную косу. Мои волосы уже достаточно длинные. Они касаются спины, заставляя намокнуть мою рубашку с длинными рукавами. Мне смертельно хочется укоротить их и перекраситься, будто это вернёт меня в те времена, когда я была счастливее и адекватнее. Всё ещё думаю, что это поможет. Возможно, за время путешествия я наконец-таки решусь на стрижку.

Оплачиваю счет, регистрируя выезд из отеля, и выхожу на улицу. Сегодня небо, в конце концов, затянуло облаками. Именно такую погоду представляют, когда говорят о Сан-Франциско. Уныние и серые городские пейзажи соответствуют моему настроению и тёмным кругам под глазами. Я приехала сюда, чтобы мысленно начать всё сначала, а вместо этого заставила единственного во всем мире друга ненавидеть меня.

Поднимаюсь по склону, минуя несколько зданий, пока наконец не дохожу до парковщика Брайтон Отеля. Не прошло и двух минут, как меня окликают: «Ши!» Узнаю голос, прежде чем в поле зрения попадает его обладатель.

Хью несётся вниз по улице, размахивая руками, словно бешеный осьминог. Его фотоаппарат быстро раскачивается на плече. В обычной ситуации, я бы улыбнулась при виде такого зрелища, но сейчас не реагирую. Мне неловко за вчерашнее поведение. Последние два дня я пыталась выдать себя за ту, кто ничего в мире не боится, а это очень далеко от правды, и он знает об этом.

Протягиваю парковочный талон работнику отеля, который срывается и бежит вниз по улице, чтобы пригнать мою машину с ближайшей стоянки.

- Что ты делаешь? - спрашивает Хью, добежав до меня.

- Уезжаю. Мне следовало это сделать ещё вчера, - сжимаю губы, держась за ремни рюкзака.

- Знаешь, ты нарушила данное мне обещание.

- Я не даю обещаний - вообще.

Больше никогда.

- Ты сказала, что покажешь любимое место в городе, и так и не сделала этого. Я всю ночь не спал, размышляя об этом.

Он продолжает говорить так, словно никогда не спрашивал меня о том, что произошло в Мэриленде, словно я не убегала от него как сумасшедшая идиотка. Дважды.

- Можешь представить себе бессонницу из-за чего-то подобного? Хуже не бывает.

- Ты и правда настойчивый, - вздохнув, говорю я. - Звучит нелепо, - нахмурившись, скрещиваю руки на груди.

- Для меня это важно, - искренне отвечает он.

Появляется мой арендованный Фиат, с водительского сиденья которого выпрыгивает гостиничный парковщик и протягивает квитанцию. Отдаю всю оставшуюся наличку, кроме какой-то мелочи, которую бросаю в карман джинсов. Сан-Франциско - дорогой город, и мне снова нужны деньги.

- Спасибо, мисс, - парень в восторге от чаевых.

- Что мы здесь делаем? - закидываю рюкзак в багажник и поворачиваюсь к Хью.

- Я всего лишь прошу у тебя ещё один день. Это всё. Вдобавок, за тобой должок.

Останавливаюсь и медленно произношу:

- Даже не знаю. Не думаю, что это хорошая идея.