Читаем Омут (СИ) полностью

Иногда зло притворялось добром. Он бы никогда не осмелился сказать и даже подумать такое о Минерве МакГонагалл или профессоре Флитвике — о людях, которые готовы были пожертвовать жизнью, защищая учеников. Но глядя на добродушного Праудфута, который только что поставил его, тридцатилетнего сопляка над пятидесятилетними ветеранами войны, он невольно испытывал гнев.

— Как здорово! Ты уже в курсе дел! — обрадовался Праудфут.

Гарри оставалось только обвести взглядом коллег и кивнуть каждому, показывая, что он не рад назначению и не собирается учить их жизни. Все, что он собирался — проставиться вечером и напиться с ними до отключки.

— Пятерка лучших кадров, — продолжал Праудфут, счастливо улыбаясь.

Временами Гарри хотелось стать похожим на него. Радоваться глупостям вроде выполнения плана или завести семью, приходить вовремя на ужин и есть с супругой вместе вкусные стейки. Но каждый раз, когда он представлял себе эту картину, его подташнивало. В простом счастье, которое опиралось на быт, было слишком много фальши. Днем он задержит волшебника, впечатав коленом в пол, а вечером, улыбаясь, будет говорить: «Дорогая, сегодня на работе был интересный случай!». Насколько конченым лицемером нужно быть, чтобы жить так?

Он знал, что никто в Аврорате не держит на Праудфута зла. Многие понимали, что даже сам начальник никогда не радовался своему назначению. Его вежливость, граничащая с заискиванием, тихий голос, рукопожатие — все говорило о том, что он чувствует себя самозванцем. Они делали вид, что он — их начальник, а он не мешал им, и так работал Аврорат уже много лет. Видимость эффективности. Пузатый улыбающийся мужчина хорошо смотрелся на колдографиях и внушал доверие у населения. Большего от него не требовалось.

— В связи с тем, что… — бормотал Праудфут, но Гарри не слушал.

По взглядам других авроров он видел, что они тоже вполуха слушали бредни начальства, не слишком рассчитывая ни на полноценный сон в последующие несколько дней, ни на квартальную премию (им вешали глухаря вместе с лапшой на гарнир). Все, на что надеялись эти ребята — выпивка вечером.

Их время прошло несколько лет назад, когда можно было ворваться в дом волшебника, обездвижить его, показать бумаги, дающие право на обыск, а потом тщательно проверять каждую половицу. Тогда они были нужны, а теперь тихо спивались, читая в «Пророке» об очередном ущемлении прав, которое на деле было вызвано тем, что один из стариков испугался похожего на артефакт предмета и думал, что предотвращает катастрофу, а на деле испортил годовой запас тыквенного сока уважаемой семьи.

— Надеюсь, вы справитесь, господа… и, разумеется, дама, — закончил Праудфут, отвесив совершенно излишний поклон Камелии. Женщина улыбнулась ему левым уголком губы, что означало в переводе с ее языка жестов: «В гробу я вертела твою „даму“». Праудфут не знал об этом переводе, отпустил всех, включая Гарри и Доу, сел за стол и приготовился завтракать.

В молчании они прошли в кабинет Гарри, достаточно большой, чтобы там поместилось семь человек.

— Я все проспал, — начал он, еще раз обведя взглядом авроров и показав им, что меньше всего в этой жизни он хотел стать руководителем группы.

— Забей, Поттер, мы знаем, — отмахнулся Эйвери, самый старый из них, что было хорошим знаком. — Что думаешь о деле? Еще вчера я был уверен, что его насосали журналюги, но теперь… третья Метка? Уже не старики, теперь девчушка, и ее показания подтверждают родители.

— Девчушка? — Гарри очнулся от собственных мыслей, которые были посвящены тому, как не разоблачить себя неловкой фразой.

— Тоже не слушал Ногастика? — усмехнулся Эйвери. Остальные рассмеялись следом. Только Чарли молчал, разглядывая собственные ноги.

— Я только проснулся, Джейкоб, сам понимаешь, некогда было вникать, — ответил Гарри.

— О-о-о, — понимающе протянул Эйвери. — Ты кури — мы не сдадим. Правда, парни?… И дама… — он хохотнул, обращаясь к Камелии, которая показала ему средний палец.

— Спасибо, — от души поблагодарил Гарри, закурил и продолжил: — Метку увидела девочка?

— Да, ей десять, для Хогвартса рановато, а дать показания — в самый раз. Я бы сказал, что она слишком много читала «Пророка», но беда в том, что ее родители тоже все видели. Посмотреть бы им в память…

— Что? — спросил Гарри прежде чем успел остановить себя.

— Я сказал, что было бы неплохо посмотреть им в память, Поттер, но ты сам знаешь — мечты, — ответил Эйвери, скривившись.