Читаем Олимпиец. Том I полностью

Уродец страшно завыл от боли, выгнул спину и тем самым подставил израненное брюхо, в которое и врезался наш фургон. В этот раз скорость была в разы меньше, а оттого удар — слабее. Но и этого хватило, чтобы снова придавить монстра к полкам.

Это во-вторых.

А в-третьих, я в момент удара оттолкнулся ногами от машины и на полной скорости, с мечом вперед влетел твари грудину.

Если бы я не был полубогом, от удара меня бы расплющило — ну или дико покалечило — и я бы умер. Если бы у твари все еще была броня, я бы тоже умер.

А так… Так я влетел в более мягко нутро чудовища и с размаха насадил аристократа прямо на лезвие меча. Только в отличии от Рью, я попал не в бок, а прямо в грудь.

«Бета» захрипел и открыл глаза.

Наши взгляды встретились. Я увидел в них ярость, боль и отчаяние. Должно быть, где-то в глубине души, в последних остатках сохранившегося где-то внутри этого монстра разума, аристократ понимал, что это конец.

И он был прав.

Я безжалостно направил катану чуть выше и правее, пока наконец не нашел его сердце. Сын Ареса хрипнул последний раз и затих.

Вот и все.

Я аккуратно вылез наружу, морщась от боли во всем теле. Даже считать синяки не буду, бесполезное занятие. А левая рука… Что ж, тут минимум неделя. Хотя, я всегда могу обратиться к жрецам Асклепия.

Бог медицины со мной контакты не рвал, и раз у меня теперь есть деньги, то грех этим не воспользоваться.

Кстати, о деньгах…

Я покосился на подошедшего Рью. Самурай выглядел очень бледно, вся левая часть лица была в крови, а его самого неслабо так качало… Но свое дело он знал.

В правой руке тубус с камнем, в левой — серебряный кейс с деньгами. Он положил обе вещи на пол и виновато посмотрел на меня. Я передал ему катану, которую он молча убрал в ножны.

Еще один виноватый взгляд.

— Что случилось?

— Болтун ушел, — подавленно произнес японец. — И забрал второй кейс. Прошу прощения. Я должен был его остановить.

Я покачал головой. На большее сил просто не хватало. Что ж, отдам этой твари должное. В деловой хватке, ему не откажешь.

— Ты знаешь, где он живет?

— Да, господин, — кивнул тот. — Я могу нас отвести.

— Дело закончено, Рью. Пусть не так, как мы хотели, но все же. Я больше не твой босс. И тем более не господин.

— Знаю. Но я бы хотел, чтобы вы им стали.

Самурай с трудом опустился на колени, положил катану в ножнах перед собой и глубоко поклонился.

Когда он поднял голову, глаза мужчины пылали решимостью.

— Мне некуда больше идти, Алекс. Ты сам слышал, я изгнанник. Кроме Семена и Талии, — он посмотрел на молодых людей. — У меня никого нет.

Те только что выбрались из покорёженного фургона. Их слегка пошатывало, но я заметил в их глазах, такую же решимость, как у японца.

— Наша группа — это отщепенцы, — ответила за двоих девушка. — Специально такими собрали. Проще управлять. И выше лояльность.

Она робко улыбнулась.

— Думаю, с тобой нам будет лучше.

— Вы можете взять деньги и уйти, — все еще не веря, произнес я. — Начать новую жизнь. С нуля.

— Ну, эта, меня и сейчас все устраивает, — прогудел Семен, с видом победителя глянул на тело монстра и похлопал фургон по кузову. — Верно, малышка?

Я вздохнул.

Кажется, мафия это навсегда. Вышел из одной и уже организую вторую. Всего три человека, правда. Но и Рим не сразу строился.

Ладно.

— Семен, — я принялся отдавать приказы. — У тебя десять минут. Твоя задача пробежаться по местному складу и собрать все мало-мальски ценное. Тащи, что увидишь, но не задерживайся.

— Да, босс, — с улыбкой до ушей, гукнул тот и потрусил в сторону.

— Тали. Там, — я указал направо. — Офисы. И я точно видел аптечку. Принеси сюда, поможешь привести в порядок, Рью.

Девушка сосредоточенно кивнула и унеслась по делам.

— Господин, не стоит. Я в порядке, — попытался возразить Рью.

— Просто, Алекс, — я поднял его за руку и усадил на чудом уцелевший стул. — Сиди и не дергайся.

Из теней вынырнул даймон. В левой руке он держал небольшую коробочку.

— Сэр. Думаю, теперь это принадлежит вам.

Оп-па. Камешек. Удачно.

— Спасибо, Тай, — кивнул я. — И да…

Дворецкий внезапно по-доброму улыбнулся. Понимающе.

— Я знаю, сэр. Вашему отцу — ни слова.

— Да нет, — подумав, я отказался от этой идеи. — Расскажи ему о сделке. И о доме Каэд. А вот про остальное — лучше не надо.

Даймон явно удивился, но возражать не стал.

Почему я это сделал?

Я бросил косой взгляд на тело аристократа. За этим парнем явно стоял кто-то покрупнее. Может, глава Дома, а может, кто-то еще. Главное, что это попахивает большой политикой. И хоть меня изгнали, я все еще Адриан Лекс. Так что лучше я спихну это дело на Гордиана, пусть у него голова болит.

У меня и своих забот по горло.

Я поморщился от боли в руке, прислонился к грязной стенке фургона и распахнул коробочку настежь. Черный камень внутри буквально манил меня к себе, и я не стал долго ждать.

Прикосновение отдалось легкой прохладой. Как и в прошлый раз на моей голове вспыхнул Символ, но в этот раз меня никуда не потащило. Ни Черной Комнаты, ни говорливого собеседника.

Но все же я что-то почувствовал.