В его голосе прозвучала мольба. Думаю, все чего он хотел сейчас — это грохнуться на землю и лежать так минут десять. Чтобы никто не трогал. Потом — душ. А уже после душа… Тогда можно уползти в ближайший кафетерий — сейчас как раз часовой перерыв будет — и заказать себе с десяток куриных грудок. На вертеле. Как-никак, надо же восстанавливать потраченные калории.

Мне это правда не грозит. Буду худеть, значит.

— Забудь, — я отрицательно покачал головой. — Мне еще долго.

Тот благодарно кивнул и через пару минут со стоном ушел с дистанции. Я продолжил бег один.

Так пролетело еще десять кругов. За это время даже последние лузеры пробежали дистанцию и давно свалили. Мы остались наедине с учителем. Но вскоре и она ушла. Как говорится, наказания наказаниями, но обед по расписанию.

Теперь я остался совсем один.

В голове засела предательская мыслишка бросить это дело ко всем чертям — все равно тут камер нет — и свалить мыться, но… Этот забег показал, насколько я слаб. Нулевая дыхалка, плохо развитые мышцы.

С этим нужно было что-то делать.

Так прошло еще полчаса. Поскольку рядом не было Элеоноры с ее твердым пинком по заднице, я мог регулировать скорость. Трусца, ускорение, снова трусца. Но я не собирался останавливаться, пока не пробегу эти проклятые круги.

Я. Долбанная. Ракета! В-ж-ж-ж!

Так прошло еще полчаса. И наконец…

— Сто! — тяжело выдохнул я и, шатаясь, побрел в сторону выхода.

Голова кружилась, а ноги предательски подгибались, но я был доволен. Теперь осталось сделать подобные пытки рутиной и все — чемпион готов.

— Дорогой, где ты был… — вспомнил я похабный анекдот своей молодости и выдавил из себя смешок. — Становился чемпионом по бегу.

Внезапно я услышал одинокие хлопки. А затем смутно знакомый голос. В нем чувствовалась насмешка.

— Какая скорость! Какая сила и выносливость!

Из-за тени трибун вышел молодой человек с прилизанными волосами. На нем были тонкие брюки и синий пиджачок. А в руках… сумка.

Твою мать!

Моя. Сумка.

А еще он был не один. Справа от него показался толкнувший меня парень, а затем — второй такой же. Судя по всему — братья. И у каждого на голове ярко светился бордовый венок.

Потомки Ареса.

— Не ожидал, что все так хорошо выйдет, — признался мне их прилизанный главарь. — Думал, придется ловить после школы. Узнавать время, ловить момент.

Он небрежно помахал рукой в воздухе и гаденько усмехнулся.

— А тут, такая удачи.

— Знаешь, — дружелюбно ответил я и хрустнул пальцами. — Ты даже не знаешь, насколько прав.

На моей голове черной молнией появился Символ.

— У меня сегодня день такой, — медленно двигаясь к нему, продолжил я. — Удачливый.

Смех застыл на губах парня, а в его глазах мелькнул страх.

Я остановился на месте и широко улыбнулся.

— А у тебя?[1]

Глава 14. Могучий Тор

На операционном столе лежал молодой человек. Его ноги, левая рука и даже шея были жёстко пристегнуты стальными наручниками, а зафиксированная на подушке голова смотрела строго вверх.

Нужны ли были подобные меры? В реальности — нет. Это скорее так, страховка на крайний случай, не более.

Кроме мужчины в помещении находилось два врача в белых халатах, медицинских масках и стерильных латексных перчатках на руках. Операция длилась уже второй час. Они оба были страшно вымотаны и едва держались на ногах.

Но все равно продолжали.

Высокая женщина-ассистент промокнула тряпочкой пот на лбу, коротко вздохнула и покосилась на стоящее за стеклом фигуры. Но тут же испуганно ойкнула и отвела взгляд в сторону.

Их наниматель не любил, когда работники отвлекались без особой на то причины. А вызывать его неудовольствие…

«Лучше уж смерть» — подумала про себя женщина и решительно взяла в руку пилу. Она прекрасно знала, как босс поступает с провинившимися.

Пример был прямо перед ней.

Красные прожилки в глазах пациента. Искривленный в беззвучном крике рот. Стекающие по щекам слезы.

Врач содрогнулась.

Мужчина был накачан препаратами от и до. Он не мог пошевелить ни единым мускулом. Не мог моргнуть глазами или даже замычать. И что самое главное, не мог использовать способности.

Cамое жуткое, что паралич действовал исключительно на тело, а не на разум. Это не было обезболивающее или какая-нибудь странная вариация снотворного. О не-е-е-ет. Если бы.

Молодой человек чувствовал каждый разрез, каждый укол и каждое прикосновение стали к его оголенным нервам. И ничего не мог с этим сделать.

Даже закричать.

— Сколько еще ждать? — холодно спросил высокий мужчина за стеклом, не отводя своих голубых глаз от операционной.

— Уже скоро, милорд. Вы как раз очень вовремя, — с американским акцентом пробормотал невысокий полноватый профессор в очках и нервно засмеялся. — Можно сказать, угадали, когда прийти, да.

— Насколько скоро?

— Пара минут, не более.

Позади двух мужчин раздался короткий смешок. Затем цокот каблуков. И наконец из темного коридора выступила изящная женская фигурка. Длинная белоснежная коса, бледная кожа и свежий румянец на лице придавали ей сходство с персонажами русских сказок.

— Ты так говорил тридцать минут назад, Стив.