Читаем Октябрь полностью

По моему сигналу бойцы заломили Свердлову руки назад, сбросили с него кожанку, освободив плечо, и вкатили ему укол снотворного. Теперь он будет спать до самого Питера крепким и здоровым сном. Точно такой же укол сделали и его напарнику. Кто его знает, может быть, он только прикидывается умирающим. Ну, а если он и помрет, то, во всяком случае, без мучений… Просто не проснется, и все…

А тем временем прогрохотавший по выходным стрелкам поезд все более и более разгонялся, двигаясь в направлении столицы бывшей Российской империи.

23 (10) октября 1917 года, 11:00. Швеция, Стокгольм, Васапаркен

Полковник СВР Нина Викторовна Антонова

Ну вот, я снова оказалась в Стокгольме. Только не в городе образца начала XXI века, в котором была накануне нашей командировки к берегам Сирии, а в том Стокгольме, каким он был в 1917 году. И на этот раз прибыла сюда не с частным визитом, а по делу большой государственной важности. Точнее, на свидание. Ждал же меня не воздыхатель с букетом алых роз, а любимец кайзера Вильгельма гросс-адмирал Альфред фон Тирпиц. Но расскажу обо всем по порядку.

Три дня назад меня срочно вызвал в Таврический дворец сам товарищ Сталин. В его кабинете я увидела Дзержинского, Чичерина, Красина, а также нашего неугомонного Александра Васильевича Тамбовцева. Сталин после приветствия протянул мне сложенный вчетверо листок бумаги и попросил прочитать его внимательно.

Это было письмо наркому Красину от адмирала Альфреда фон Тирпица, в котором тот приглашал новую большевистскую власть начать переговоры с ним как с личным представителем кайзера, с целью прекращения боевых действий на русско-германском фронте и для возможного в дальнейшем подписания мирного договора.

– Да, похоже, что немцам эта война уже стала поперек горла, – сказала я, возвращая Сталину письмо Тирпица. – Надо заключать мир, пока у наших товарищей с «Адмирала Кузнецова» есть возможность продолжать свои бомбардировки. Так что Леониду Борисовичу надо обязательно ехать в Швецию и начинать переговоры с гросс-адмиралом. Насколько я помню, даже выйдя в отставку, адмирал Тирпиц до самого конца оставался доверенным лицом кайзера.

– Товарищ Красин, конечно же, поедет в Швецию, – сказал Сталин, – но туда придется ехать и вам, уважаемая товарищ Антонова. Так что готовьтесь к командировке. А что касается возможности продолжать налеты, то на Путиловском заводе уже размещен заказ на производство самых простых 250-килограммовых авиабомб. Как заверили меня заводские товарищи, подобные бомбы им сделать будет достаточно просто. Но бомбы бомбами, а войну все же лучше закончить как можно скорее. Так что собирайтесь, товарищ Антонова, время не ждет.

– Товарищ Сталин! – удивление мое было искренним и неподдельным. – А мне там что делать?!

– Мне бы шашку да коня… – подключился к разговору Александр Васильевич. – Уважаемая Нина Викторовна, именно вы, с вашими талантами, и будете нашим главным переговорщиком. Леонид Борисович Красин – фигура слишком заметная в международном масштабе. Он хорошо известен тем, кто будет наблюдать за посланцами большевистского правительства в Стокгольме. Пусть он занимается своими семейными делами и отвлекает внимание разнообразнейших соглядатаев. А вы, Нина Викторовна, тем временем встретитесь с Тирпицем, который, как я думаю, тоже приехал в Швецию инкогнито.

Дело в том, что в Ставке кайзера сейчас правят бал сторонники войны до победного конца. Это Гинденбург и Людендорф. Они тоже хотели бы заключить с нами мир, только на условиях, нам не выгодных. Типа того самого Брестского мира, который в нашей истории был подписан после того, как покойный ныне Троцкий громогласно заявил о том, что «ни мира, ни войны: договора не подписываем, войну прекращаем, а армию демобилизуем».

Гм, подумала я, а во всем сказанном Александром Васильевичем и в самом деле есть резон. Только не мало ли мне остается времени для подготовки к столь важным переговорам?

Я высказала свои сомнения Сталину. Тот переглянулся с Тамбовцевым и сказал:

– Товарищ Антонова, мы решили с Александром Васильевичем, что на место вы будете доставлены вертолетом. Посылать вас обычным путем, через Финляндию, учитывая, что сейчас там очень неспокойно, мы не будем. Так что один день на подготовку мы вам, так уж и быть, дадим, а больше – увы и ах…

В общем, уже через день после этой беседы мы с Леонидом Борисовичем Красиным и господином Магнусом Свенсоном, которого мне представили как представителя фирмы «Симменс» в Стокгольме, подходили к «Пулково-2» – так наши остряки прозвали пятачок в Таврическом саду, где садились и взлетали вертолеты с кораблей эскадры адмирала Ларионова. В качестве сопровождающих полковник Бережной выделил трех своих бойцов, довольно сносно знающих немецкий и английский языки. Именно они должны будут обеспечивать нашу безопасность в Стокгольме.