Читаем Окольцованные полностью

– В наше тяжелое время… – начал он.

– Опять тяжелое…

– Сами знаем, – послышалось в  толпе.

Хорошо тогда я начну с главного тезиса. Вспомните, как вы жили раньше. У вас было все и все бесплатно. А сейчас… Вы посмотрите, что делается, верха все богатеют и богатеют, а нищают и нищают.

 В толпе шептались.

– Это Стешин. Грамотный собака. Ишь, как ровно чешет, как в «телевизере».

Миша, Степа и Колян уже сходили в дом и чуть-чуть отметили хряка. Они спешно готовились палить шкуру борова и потом разделывать внутренности.

Сначала Миша не обратил внимания на оратора, болтает и болтает, но потом, услышав слова, «раскулачивать и ссылать», занервничал. Это что за новоявленный вождь народов выискался. Миша вышел за ворота. Ба-а-а! Да это Стешин! Вместе когда-то студенток щупали. Но что же он заливает! Послушав немного друга детства и юности, Миша подошел к нему, и стащил со скамейки.

– Ты чего?

– Слушай, плюнь на все, пошли со мной, поможешь.

– Нет, Миша, мне некогда, сам видишь какой народ темный. Его учить и учить надо.

– Да брось ты! Потом закончишь. Завтра в клубе соберешь людей и прочитаешь лекцию. Пошли у нас есть, – Миша показал выразительный жест понятный всем мужчинам.

 Коммунист Стешин нахмурился, нос его зашевелился, и вдруг Стешин махнул рукой и согласился.

– Товарищи! Так как сегодня очень поздно, я вас завтра приглашаю в деревенский клуб. Там я прочитаю лекцию о политическом и экономическом положении страны. Время начала лекции будет в объявлении.

                ***

Пошел третий день с начала « окружения» деревни. В кабинете председателя колхоза сидели двое – сам председатель и участковый милиционер Табакеркин.

– Ну, что будем делать? – Иван Петрович покосился на телефон, как будто ждал звонка.

– А что делать? – отозвался участковый.

– Как, ты ничего не знаешь?

– Да ты понимаешь, Иван Петрович, у нас с женой годовщина свадьбы была, ну я и …

– Ты все и пропировал?

– Да так вышло…

– Вышло… да ты посмотри, что делается… Демократ этот дерьмовой полдеревни уже в свою партию принял. Коров да быков еще осталось.… А коммунист, тот похитрее, вчера лисой ко мне подобрался. Мол, помоги, Иван Петрович, как бывший коммунист, тебе это потом зачтется…

– А что зачтется? И вообще, чего он хочет?

– Да ты понимаешь, он же придурок хочет отобрать все эти киоски и магазинчики и сделать общественными.

– А как же закон?

– Он говорит, надо воспользоваться моментом и провести эксперимент. А уж потом распространить на всю Россию.

– Да он же ненормальный!

– Вот и я говорю.… Да, чуть не забыл, военный этот, ну Нинки Молочной брат, так тот молодежь собирать начал.

– Для чего?

– Да шут его знает. Говорит, что защищать нужно деревню, но, по-моему, у него другие планы.

– Ну, у тебя, Иван Петрович, и новости…

– Подожди, вот еще Миша новый русский, пропьется, что он придумает.

– И что же мне делать?

– Да не тебе – нам… Просто ума не приложу.

Иван Петрович тоскливо уставился в окно и задумался. Как их прижать?  Все по закону делают, стервецы. Никак не подкопаешься.… Не вовремя, ах не вовремя уехал в отпуск глава администрации. Придется им с участковым за порядком следить.

– Не молчи, Иван Петрович, говори что делать. Может арестовать кого…

– Я тебе арестую! В такой нервозной обстановке, они нас вперед арестуют… Ничего не делай, просто наблюдай и докладывай мне.

– А как мне наблюдать? Меня ведь все знают.

– Вот это и хорошо. Ты житель деревни, вот и ходи на эти собрания и прислушивайся.

– Да ты из меня шпика хочешь сделать? – стал подниматься участковый.

– Какого шпика, – свирепея, сказал Иван Петрович, – вот кончится эта заваруха, спросят тебя, – что ты делал в это время, какие меры принимал? А ты скажешь – я не хотел быть шпиком, поэтому ничего не делал. Ну и турнут тебя из органов…

– Да я что… Я ничего… Я готов, – завозился на стуле милиционер.

– Короче.… Каждый вечер мне доклад. Понял?

– Понял, понял Иван Петрович, как не понять.

– Да, кстати, у тебя, как с запасами этого? Ну, водка есть?

– А-а-а.… Есть немного. На прошлой неделе из горотдела приезжали, ну и прошлись по точкам. Все увезти не могли, вот мне четыре ящика и оставили, на сохранение.

– Это хорошо.

– Ты это… Иван Петрович, ящики-то на хранение оставлены. Мне же отчитаться надо будет.

– Не переживай. Спишем на обстоятельства. Сам видишь обстановка какая.

– Иван Петрович, –  взмолился Табакеркин, – как я спишу, куда?

– Напишу я тебе расписку, что взял на хранение. Устроит тебя?

– Конечно, устроит. Голова ты, Иван Петрович, – успокоился  участковый.

                ***

По деревне бродили два призрака. Призрак коммунизма и призрак демократии. Пока они не сталкивались, но столкновение было неминуемо. И оно состоялось.