Читаем Око Дракона (СИ) полностью

Валентин молчал. Он думал, стоит ли посвящать ее в подробности всех этих происшествий двух последних дней. Но раз уж она зачем-то появилась здесь в самый разгар этих событий, то, может, стоит ей рассказать и о Гуруджи, и о картине.

Тут в кухне появилась Иванка. Вид у нее был довольно растерянный.

Валентин понял: что-то случилось.

— Картина… ее нигде нет, — трагическим голосом произнесла Иванка.

— Какая картина? Ника Селены? — с ходу спросил Валентин, но тут же сообразил, что опять у него в голосе все перепуталось. Ник — это имя персонажа из нового романа Иванки. А автор пропавшей картины, которую вчера принес им Валдис, — пока им не известен. И все-таки жаль, что картина исчезла. Что-то в ней все же было. …Странное изображение то ли фантастического круга, то ли какого-то фантастического чудовища…

— Да, это та самая картина, и она пропала, — сказала Иванка тем же трагическим голосом, и Валентин уже окончательно запутался, о чем это она?

— Вчера ее тебе принес Гуруджи. Так? Потому мы пошли на Остров. Тем же вечером на Гуруджи напали. А теперь, день спустя мы здесь сидим и гадаем …где эта чертова картина? Может, она пропала еще вчера?

— Я… я не помню, — жалобно ответила Ивонка. И оба ее глаза были на своих местах. — Когда я вернулась вчера с Острова — было уже поздно. Я сразу села за компьютер. А потом легла спать. А утром этот звонок насчет Гуруджи…

— У тебя пропала картина? — Валерия аж подскочила на стуле. — Давайте позвоним этому молодому человеку из милиции, он, наверно, еще где-то еще поблизости. Он же просил сообщить, если мы вдруг обнаружим какую-то пропажу. Видите? Значит, у меня все же были основания для тревоги? — Лера была просто счастлива, что ее бдительность, ее нюх не подвели. — А про какую картину, собственно, речь?

— Подожди, — остановила ее Иванка. — Дай сообразить. Ты что, захочешь ему снова рассказывать про предчувствия, ясновидение, про странные мистические совпадения и тому подобное? Вспомни наши приключения, когда мы с тобой попали в лапы бандюганов, которые хотели на нас свалить ограбление магазина, доказывая, что это мы наводчицы? Помнишь, как ты долго и безуспешно рассказывала в милиции про все эти «мистические совпадения».

— Но ведь на этот раз, слава Богу, не мы с тобой подозреваемые!

— Да? — весьма многозначительно произнесла Иванка. — Ты уверена? Ведь кто обычно первым вызывает подозрение? Ты первой оказалась, как ты утверждаешь, у уже открытых дверей. А ведь именно ты могла сама и открыть их… А затем вызвала полицию, чтобы отвести от себя подозрения.

— И что? Ты хочешь сказать, что это я тебя ограбила? Украла у тебя какую-то долбаную картину, которую я и в глаза-то никогда не видела?

— Да не я хочу это сказать, а только у милиции всегда вызывает подозрение именно тот, кто первым оказался на месте ограбления, или застигнут рядом с еще теплым трупом.

— Нет, но трупа я тут точно не видела, — довольно спокойно отозвалась Лера. — А куда вы его дели?

— Валерия, успокойся, — парировала Иванка. — Это всего лишь пример.

— Кстати, — продолжила она, обращаясь к Валентину, — ты уже понял, почему консьержка не видела, как кто-то посторонний входил в подъезд?

— Я не такой умный, как ты.

— Окно…

— То есть?

— А, поняла, — вмешалась Лера в их птичий язык полунамеков, попивая приготовленный Валентином крепкий и вкусный кофе, — преступник влез по ветке дерева в окно… Кстати, Иванка, я тебе уже однажды говорила: позаботься о том, чтоб ЖЭС спилил ветки этого тополя, а то они почти влезают в твоё окно…

Они подошли к окну, пытаясь осмыслить эту новую версию. И на самом деле, ветви огромного тополя, росшего во дворе, протянулись почти до самых окон Иванки.

— Действительно, таким путем кто угодно может забраться по ветке к тебе в окно, и похитить у тебя что угодно… Кстати, может, это какой-то сумасшедший искусствовед? Но почему он тогда оставил твою входную дверь открытой? — продолжала Валерия.

— А ты перед тем, как войти в мой подъезд, случайно не набирала мой домашний номер? — спросила Иванка.

— Ну естественно, набирала… Вошла во двор и сразу позвонила тебе на мобильный. Ты не ответила. Тогда я набрала домашний номер.

Иванка подошла к аппарату, включила автоответчик. Несколько сообщений от знакомых не вызвали интереса. Пока не дошли до звонка от Валерии. Ее оживленный голос сообщил: «Ау, Иванка! Твой сотовый, когда надо, не работает. А я ведь уже у тебя во дворе, смотрю на твои окна, сейчас приду, ставь чай».

— Итак, если кто-то влез сюда через окно, то выйти обратно таким же образом он уже не мог, так как Валерия уже была под самым окном и могла видеть того, кто вылезал бы из квартиры через это окно. Стало быть, похититель вышел через подъезд, хотя перед этим в этот подъезд не входил — его заметила бы консьержка. Не знаю, обращает ли консьержка такое же внимание на выходящих, как и на входящих? — подытожил Валентин.

— Гениально! — воскликнула Иванка. — Скорее всего, именно так и было!