Читаем Охотник полностью

Уголек стремительно набирал высоту, оставляя внизу темное глухое сияние Земли, пронизанное в далекой глубине потоками огня. Призрачные крылья, опираясь на невесомые, но стремительные волны воздушной стихии, несли порядком подросшего питомца Т'мора все выше. Вот уже дракон поднялся над самыми Великими Башнями, окутывающий его восторг вырвал из глотки громкий рев и волну темного, почти невидимого в ночи пламени. А спустя мгновение Уголек почуял нарастающее восхищение Т'мора, захваченного открывшимися ему через разум сумеречного дракона видами. Столь яркое сопереживание с оставшимся далеко внизу, в темном лабиринте улочек и переулков старого города, человеком лучше, чем что бы то ни было, свидетельствовало о приближении с нетерпением ожидаемого драконом момента слияния. Уголек на миг замер на месте, кувыркнулся в воздухе, вытянулся в струнку и, сложив крылья, камнем рухнул вниз — туда, где, пребывая в немом восторге, его ждал Т'мор.

Снизившись до нескольких метров, Уголек распахнул крылья и, выровняв полет, черной стрелой понесся меж домов, иногда поднимаясь над крышами, чтобы покружиться вокруг очередного понравившегося флюгера, начинавшего вертеться с сумасшедшей скоростью, или ныряя куда-нибудь в глубину проулков, скользя меж резными балконами, нависающими над мостовыми, и едва не касаясь крыльями стен. Вот буквально в полуметре под телом летящего дракона промелькнула троица уже виденных где-то хоргов в матовых доспехах и развевающихся от ветра плащах. Уголек презрительно фыркнул: не заметили! И зачем им было рядиться под его сородичей, если эти двуногие не обладают и сотой долей наблюдательности настоящих сумеречных змеев? А эта их чешуя? Ха! Мало того, что кроме цвета она ничем не напоминает настоящий драконий покров, так даже такому юному змею, как сам Уголек, эта подделка на один пламенный выдох, не больше. Жалкое зрелище…

Внезапно дракон почувствовал интерес Т'мора к белогривым. На секунду зависнув на месте, Уголек стремительно развернулся на кончике крыла и, аккуратно вцепившись в барельефы оказавшегося рядом дома, тихонько скользнул следом за хоргами, на этот раз старательно прячась в многочисленных тенях зданий. Впрочем, долго вести преследование не понадобилось. Хорги свернули на небольшую площадь и, миновав ее, оказались перед высокими ажурными воротами. За ними просматривался большой парк, в глубине которого, полускрытый деревьями, возвышался ярко освещенный особняк крайне неприступного вида. Глухие стены первого этажа, узкие высокие бойницы, зубцы, ограждающие открытые площадки на плоской крыше. Замок, а не городская резиденция. Про то, что его окрестности, включая парк вместе с оградой и воротами, предвратную сторожку и немногочисленные хозяйственные постройки, оказались укутаны в несколько слоев мудреной магической защиты, можно и промолчать. Если бы Уголек был не в состоянии видеть потоки сил, вряд ли бы ему удалось проскользнуть следом за хоргами, впущенными бдительным сородичем на территорию резиденции и теперь целеустремленно шагающими к особняку по выложенным истертыми массивными плитами дорожкам.

Т'мор и сам не мог сказать, зачем попросил Уголька проследить за случайно встреченным гонцом и его маленькой свитой. Но, скорее всего, причина была в его собственном опыте. В Свободном Городе ему не раз и не два приходилось следить за маршрутами банд поисковиков, орудовавших в тех же местах, где «работал» он сам, чтобы случайно не пересечься с этими ребятами на узкой тропинке. И в таких случаях Т'мор первым делом заботился о том, чтобы найти месторасположение базы конкурентов, что давало большие преимущества при дальнейшем планировании его собственного поиска и времени «работы» на облюбованном участке.

Т'мор, не разрывая контакта с разумом Уголька, огляделся в поисках подходящего места, где он мог бы устроиться хоть с какими-то минимальными удобствами и так, чтобы его никто не побеспокоил, но, не найдя ничего подходящего на пустой, плохо освещенной улице, разочарованно вздохнул и шагнул в тень. Проворной ящерицей вскарабкавшись по стене на крышу дома, парень уселся прямо на черепицу и прислонился спиной к печной трубе. Вряд ли кто-то его здесь заметит, тем более что выходить из-под полога своей покровительницы Т'мор пока не собирается. Чуть поворочавшись, устраиваясь поудобнее на не слишком-то предназначенной для подобных экзерсисов ребристой черепице, парень наконец замер и полностью ушел в образы, передаваемые находящимся в паре миль от него драконом.