Читаем Охотничьи тропы полностью

Олени быстро домчали их до того места, где надо было сворачивать в чащу. Снег был так глубок, что пришлось упряжки оставить у дороги. К берлоге двинулись на лыжах. «Затесы» быстро привели к логову зверя.

Сашин отец сделал небольшой круг, чтобы убедиться, что зверь не стронулся с лежки.

Следов не было. Иван Николаевич осторожно подошел к берлоге с южной стороны и стал влево от «чела», отойдя от него шагов на восемь. Саша занял такую же позицию с правой стороны. Герасим Андреевич Густов, вооружась «шатиной», зашел за берлогу с севера и, просунув жердь в отверстие снеговой покрышки, начал энергично орудовать ею в берлоге. Георгий Густов оставался поодаль «в резерве».

Прошла минута-две напряженного ожидания. У Герасима Андреевича выступил под шапкой пот. Но в берлоге не было заметно движения, и хозяин ее даже не «нащупывался». Герасим Андреевич еще повертел шатиной, бросил ее, звонко захлопал в ладоши, заулюлюкал.

Никакого результата.

Иван Николаевич Юданов, выждав еще несколько минут, опустил ружье и вопросительно взглянул на сына.

— Ушел. А, может быть, шатун был? — сказал он.

Недавняя болезнь, дорога и волнение утомили Сашиного отца. Возбуждение, вызванное интересом к охоте, улеглось, и он почувствовал себя нехорошо. Захотелось есть и пить. Отойдя, старшие охотники утоптали снег, быстро разожгли костер и, повесив подальше от огня ружья, занялись приготовлением завтрака.

Расстроенный неудачей, Саша решил с приятелем осмотреть берлогу. Ухватясь за «шатину», Георгий Густов хотел разворотить «небо» берлоги и двинул жердью в сторону.

Внезапно он ощутил, что конец ее ткнулся во что-то упругое.

— Сашка! Есть! — шопотом, словно выдохнул возбужденный Георгий.

Все еще державший ружье наготове Саша шагнул на помощь приятелю. То, что произошло в следующие секунды, юные охотники осознали лишь много позже.

Георгий еще раз ткнул «шатиной». Почти в то же мгновенье его отбросило жердью и в отверстие с ревом высунулась и снова исчезла свирепая морда медведя. Саша выстрелил. Следом за этим, пробив «нёбо», огромный бурый хищник с окровавленной головой вылетел из берлоги и, сбив с ног юношу, не успевшего выстрелить вторично, в один миг бросился на его отца.

Иван Николаевич Юданов очутился под медведем, успев, однако, выхватить кинжал и всадить его в брюхо зверя.

Меткий выстрел подоспевшего Герасима Андреевича Густова спас охотника от тяжелого увечья, а может быть даже смерти.

Медведь оказался восемнадцати пудов весом. Впоследствии Саше приходилось убивать таких же крупных хищников и в одиночку ходить на медведей. Но этот случай, когда необдуманная горячность его едва не стоила жизни отцу, запомнился навсегда.

* * *

Под покровом ночной темноты советские войска неожиданно атаковали вражеские укрепления. Удар был стремительным и внезапным. Немцы отступили, ослабив на этом участке кольцо блокады Ленинграда. В операции отличился пулеметно-автоматный взвод Гвардейской дивизии. В числе награжденных медалью «За отвагу» был помощник командира взвода — стройный юноша с буйной копной курчавых каштановых волос на голове, свежим лицом и острым взглядом светлосерых глаз. Он вышел вперед, когда было названо имя младшего лейтенанта Александра Юданова.

Саша Юданов и его отец были призваны в Армию в один и тот же день в августе 1941 года. Отец был отправлен в пехотные войска на 2-й Украинский фронт. Сын попал в пулеметный полк на Дальнем Востоке. Вскоре комсомолец Юданов был послан на курсы младших лейтенантов, оттуда — на оборону Ленинграда.

…Регулярно изо-дня в день, в один и тот же час прилетал немецкий разведчик, методично вели обстрел дальнобойные орудия. В последние дни на этом же участке с дьявольской точностью начал работать вражеский снайпер. Вчера его жертвой стали три бойца, сегодня — связист и санитарка.

Поражала быстрота и меткость выстрелов фашистского молодчика. Стоило на секунду показаться из-за укрытия, как откуда-то, точно определить направление не удавалось, уже неслась смерть. Монотонный пейзаж лежащей перед окопами равнины, покрытой высохшей травой, невысокими кустиками и лишь кое-где чуть заметными пригорочками, не выдавал здесь присутствия человека. Как тщательно ни высматривали наблюдатели, им ни разу не удалось заметить какое-либо движение среди мертвой равнины.

Зорким взглядом охотника младший лейтенант Юданов тоже разглядывал в бинокль разбросанные впереди кустики.

Трудно было предполагать, чтобы снайпер мог находиться в отдаленном лесу, темная полоска которого узенькой лентой тянулась на горизонте. Слишком далеко. Решая задачу «путем исключения», Юданов сосредоточил свое внимание на двух пунктах, где, по его мнению, наиболее вероятно мог укрываться стрелок: камень, выдавшийся на одном из пригорочков, и группа кустиков среди лучше сохранившейся в этом месте травы.

«Камень надо тоже исключить, — уже через минуту думал охотник. — Слишком просто. А видно, что зверь умный, хитрый»…