Читаем Охота на мудрецов полностью

Марк быстро набирает ответ и тоже показывает на экране планшета. «Знаю. Думаю об этом. Если Телепат в сознании, то Сновидец не откроет».

Улыбаюсь широко. Привык Марк работать с мудрецами, хоть и жалуется, что не понимает.

– Сновидец, – протяжно зовет Сципион, – свет вырубят через три, две, одну…

– Нет! – слышится крик из-за двери.

– Чудес не бывает, спящие не говорят, – шепчет Марк и подмигивает мне.

Проглатываю шпильку и пожимаю плечами. На то и предположения, чтобы оправдываться или опровергаться.

– Отрывай, Сновидец! – требует генерал девятой армии.

Мудрец медлит, раздумывает. Уже всем в коридоре понятно, что не на пустом месте возникла его странная истерика. Охранники прижимают пистолеты к груди и не сводят взгляда с двери. Восемь стволов, включая бластеры на поясах генералов. Любой резкий шаг со стороны мудреца и его превратят в обугленный кусок мяса.

– Ваше Превосходство, – наконец, подает голос мудрец, – среди вас есть женщина?

Обращение ко мне по половому признаку начинает раздражать. Отвечаю прежде, чем Марк реагирует.

– Да, есть.

Наилий оборачивается и осуждающе качает головой, а мне хочется стонать от нереальности происходящего. Теперь я должна бояться другого мудреца? Просто потому что он вдруг решил сбежать? В комнате что-то тяжелое двигают по полу. Натужно, рывками. Генералы оттесняют меня все дальше, и приходится выглядывать из-за спин и широких плеч. В открытой двери появляется низкорослый и очень худой цзы’дариец в больничной форме.

– Где женщина? Я буду говорить только с ней!

– Как бы не так, – недовольно отвечает Наилий и снимает с пояса бластер.

Молчу и не высовываюсь. Не хочу дергаться, злить генерала и провоцировать военных. Если всех охватил острый приступ паранойи, то лучше дождаться ремиссии.

– Ваше Превосходство, – мудрец высоко поднимает тонкие, как соломинки руки, – я безоружен и безвреден. Дайте хоть взглянуть, вдруг не она.

Марк едва заметно кивает охранникам и к мудрецу бросаются сразу двое, заламывая руки за спину. Сновидец и не думает сопротивляться.

– Тихо, тихо! Успеете накачать меня снотворным и привязать к кровати. Неужели не интересно, почему сбегал и не сбежал?

– Зачем тебе дарисса? – зло спрашивает генерал девятой армии.

– Поболтать хочу, – с вызовом отвечает мудрец, – как один псих с другим психом. Не прячься, Мотылек.

– Откуда ты меня знаешь? – спрашиваю из-за плеча Наилия. Мудрец с заломанными руками прогибается в спине, чтобы посмотреть мне в глаза. Улыбается широко и открыто.

– Видел в чужих снах.

Бритый наголо, как большинство пациентов психиатрических клиник. В центрах мужчин не заставляли, многие сами брались за бритву. Привыкли. Сновидец худ и бледен, будто неделю сидел в карцере. Под глазами темные круги, а сухие и растрескавшиеся губы он постоянно облизывает.

– Наилий, Марк, пожалуйста, – прошу генералов, – ну что он мне сделает?

Генералы молчат и переглядываются, а мудрец говорит жалобно.

– Каюсь, виноват, готов искупить подробным рассказом.

Марк нехотя кивает, и охранники отпускают мудреца. Делаю шаг в сторону из-за спины Наилия. Сновидец разминает плечи и оглядывает меня с ног до головы.

– Белая, мелкая, плоская, как доска. Дунуть – улетишь. Действительно Мотылек. Пойдем, познакомлю с Телепатом.

Не обижаюсь на характеристику, думаю, даже не о том в чьем сне мог увидеть, а как узнал, что я буду здесь? Такая конкретика настолько редко снится, что кажется невероятной. Захожу в комнату, с порога морщась от резкого запаха медикаментов, а за мной оба генерала и двое военных. Не обращая на них внимания, Сновидец подходит к стеклянному саркофагу медицинской капсулы. У нас в центре тоже есть такая. Уникальное изобретение, пожалуй, лучшее, что смогла создать наша наука. Изначально её создавали как устройство, ускоряющее процесс реабилитации. Постоянная температура и режим влажности, возможность делать манипуляции, не тревожа пациента. Уже позже в капсулу встроили средства диагностики и функцию погружать в медикаментозный сон. Сейчас вся мощь и совершенство гениального устройства поддерживают жизнь Телепата.

Сновидец сдвигает прозрачную крышку и с огромной нежностью кладет руку на лоб спящего. Поглаживает по голове в белой шапочке. Ласково, будто ребенка.

– Подойди ближе, – говорит он, – не бойся, не разбудишь.

На обитом кожей ложементе под простыней угадываются очертания тела. Голая грудь и лежащие поверх ткани худые руки со всех сторон облеплены датчиками, увиты проводами и прозрачными трубками капельниц. Уныло и однообразно мигают цветные индикаторы под мерное гудение вентиляторов климат-системы.

– Из окна выбросился, – рассказывает Сновидец, – с третьего этажа. Говорил ему, дураку, что не достаточно высоко, а он: «нормально, я головой вниз полечу».

Даже не спрашиваю, почему не стал отговаривать.

– А ты сам вены резал или в ванной топился?

– Горсть свежей Шуи сожрал, – вздыхает Сновидец, – гарантированно смертельная доза. Откачали, как видишь. Ты?

– А я чистая, – кручу в воздухе руками.

– Ни разу? Держал кто?

– Создатель.