Читаем Ох, охота! полностью

В октябре начинается осенний сезон, причем сразу на несколько видов дичи: к этому времени почти поспела ондатра, белка и уже пора бить боровую дичь — глухарь, тетерев, рябчик. Промысловик с раннего утра бежит с собаками по борам, поскольку белка выходит на кормежку, глухарь — собирать камешки на песчаные высыпки по дорогам и рябок хорошо идет на манок — начинается ложный гон. Тут уж что попадет, поэтому, бывает, к обеду рюкзак уже отяжелел: в удачный год с парой собак мой отец добывал в день до тридцати белок (шкурки с них снимают сразу же, чтобы не носить лишнее), по двадцать-тридцать рябчиков, а если еще пара глухарей? Прийти домой нужно засветло, чтобы успеть еще на озера, где расставлены капканы на ондатру по кормовым площадкам или столикам.

Этого заселенного в Западной Сибири американского зверька к шестидесятому развелось неимоверное количество, отчего полностью исчезла водяная крыса — кормовая база одна и та же. Доходило до того, что ондатра из-за перенаселения уходила жить в реки с довольно быстрым течением. И как следствие случился мор от туляремии, после чего поголовье резко убавилось, а точнее, выровнялось. В хорошие годы наши охотники тогда добывали в сезон (до прочного ледостава) до восьмисот штук каждый. Отлов достаточно примитивный, без всяких особых хитростей, капканы ставят на травянистых прибрежных или плавучих кочках, корягах, куда ондатра выходит на кормежку, или проволочные морды в протоки между озер, в редких случаях, возле нор и хаток. Такую охоту можно было бы поручить и мальчишкам, что мы и делали, но «производственный процесс» связан с вертким обласом, частым перетаском его из водоема в водоем и ледяной октябрьской водой, когда по утрам уже забереги — руки вечно в цыпках и коростах. Ондатру ловят всегда поздно, поскольку она по-настоящему становится бездефектной только к ледоставу, а в октябре она еще с подполью, но зимой взять ее трудно. По этой причине одно время разрешали даже весеннюю охоту на ондатру. Когда озера замерзнут, ее ловят так: возле «сырых» выходов из нор, а их хорошо заметно на льду, еще не занесенном снегом, — замерзают белые пузыри воздуха, долбят майны и опускают капканы, при этом потаску оставляют наверху. Но такой лов малопродуктивен, хотя шкурка к этому времени становится белой и чистой. Шкурки снимают обычно в избушке уже ночью, натягивают на специальное правило (пялы), мездрят, когда подсохнет, обезжиривают сухими осиновыми опилками и сушат, пока она не захрустит, как оберточная бумага.

А с шести утра ружье на плечо и снова в бор.

И это благо, охотник в осенний сезон работает от темна до темна. Неизвестно, что будет зимой, но задел сделан, план перевыполнен и уже пора готовить приваду для ловли капканами. Между делом, пока рыщут по озерам, ставят сети и ловят рыбу на приваду — карась, щука, окунь, отбирают разбитых выстрелом, некондиционных рябчиков, тушки белок и от великой нужды — ондатр. Все закладывают в ямы и квасят, чтобы появился резкий запах падали. На Севере и в Восточной Сибири, в труднодоступных местах, где мало боровой дичи и рыбы и где за охотником нет надзора, делают проще: на приваду бьют лося или оленей и также зарывают в землю. В короткий период, когда начинается переход от осени к зиме и зверь словно замирает, промысловик наведывается домой на недельку — отдохнуть, отоспаться, подкормиться и вынести добытую пушнину. Заодно поросенка забить, телушку, поскольку в охотничьих семьях не очень-то любят дичину. А заготовители держат нос по ветру, уже тут как тут, едут на телегах по тряской мерзлой дороге, по мелкому снегу — надо поспеть, пока охотник не сбагрил налево пушнину — ондатровые шапки в моду вошли. Опять водка, гармошка, пляски, опять клешня вместо руки, подающая не деньги, а справку о сданной пушнине, и опять батя наутро тихонько матерится и ворчит бабушка…

Потом мы всей семьей сидим за столом, делаем пельмени, морозим их и складываем в мешок — это отцу на охоту. И не те мелкие, к коим мы уже привыкли, а настоящие, когда кружки теста режут самоварной конфоркой, а мясо накладывают столовой ложкой. Думаю, пельмени в Сибири изобрели промысловики, поскольку не нужно с собой брать ни хлеба, ни картошки, ни лука и приправ — все есть в этом чудном продукте. И главное, они не портятся, не мнутся, весят немного, сытные и не приедаются, как магазинные.

А приготовить — двадцать минут…