Читаем Огонь в кольце полностью

С трудом пробивались к очагу и расчеты 4, 5 и 27-й частей. Пути прокладки их линий проходили между зданиями котельной и административного корпуса. За время прокладки только в этот коридор упало 10 артснарядов. Осколки рвали рукава, корежили и выводили из строя арматуру. Из пробитых стен летели осколки кирпича и камня, которые угрожали бойцам ничуть не меньше осколков снарядов. Тут же, укрываясь за стенами домов и рельсовыми путями, тянули провод полевого телефона связисты, торопясь обеспечить связью тыл пожара с его очагом. Получив связь, прибывший на пожар заместитель начальника УПО города Борис Иванович Кончаев смог действовать быстро и оперативно организовать замену порванных осколками рукавов, [71] подготовку их резерва, вывод не находящегося на позициях личного состава и раненых в укрытия, подмену стволовых и подствольщиков и, наконец, дать объективную информацию штабу пожарной службы о сложившейся обстановке. Сориентировавшемуся в сложной обстановке пожара заместителю начальника УПО удалось объединить в единый кулак усилия различных подразделений: где надо усилить давление на огонь, куда следует подать дополнительные силы, кого надо подменить. Он понимал, что при одновременной атаке имеющимся количеством стволов задача ликвидации пожара в резервуарном парке будет скоро решена. Но фашисты ставили перед собой другую задачу: обстрел территории электростанции велся с расчетом не дать пожарным потушить пожар. Артиллерийские залпы следовали один за другим с короткими промежутками. В 17 часов 18 минут, в 17 часов 49 минут, в 18 часов 52 минуты, в 19 часов 30 минут, в 19 часов 50 минут. И последний, уже залп злобы, когда огонь был почти повсеместно усмирен, — в 20 часов 10 минут.

Это потом. А пока на самом отдаленном, южном участке парка задержалась подача стволов. Здесь нужно преодолеть наиболее интенсивную зону обстрела, и этот участок поручается 2-му отделению школы младшего начсостава. Помощник начальника школы Василий Янковой уже освоил тактику работы под артогнем. Укладывая курсантов на землю при вое приближающегося снаряда, укрывая их в углубления железнодорожных путей меж рельсов, короткими перебежками после разрыва снаряда, он подвел расчет школы к кирпичной стене, отделяющей нефтяной парк от железнодорожного полотна. О стену, шипя и пузырясь, бились волны горящего мазута.

— Сбить огонь на земле! Перейти обваловку и наступать на резервуар! — приказал Янковой.

Курсант Глухов со своими подствольщиками перемахнул через ограждения и по колено в мазуте, сбивая огонь прямо под ногами, двинулись к малому резервуару. Пылающее море огня отступало. Когда первые струи ударили по раскаленным стенкам, над ним взметнулось облако пара. Уровень мазута в резервуаре был незначителен, это вызвало сильный накал металла. Ствола курсантов было явно недостаточно.

Внезапно им навстречу ударил ствол 4-й пожарной [72] команды. Это боевой расчет под командованием Якова Смирнова, заместителя начальника части, со стволовым Иваном Соколовым пробился по эстакаде к резервуару и навесным стволом стал сбивать пламя внутри резервуара. Но вода испарялась скорее, чем могли обеспечить рукава.

— Четырнадцатая, Коновалов, перебросьте свой ствол на охлаждение резервуара с северной части, — раздалась с эстакады команда заместителя начальника УПО. Тут же присоединился к охлаждению раскаленных листов ствол 14-й команды. Словно дождавшись этой последней струи воды, огонь стих, и только мелкие всплески пламени мелькали у стен резервуара. Можно перебрасывать силы к следующим. Перед наступлением на самый крупный резервуар нужно ликвидировать пожар второго по величине — «тысячника». Задание упрощалось тем, что резервуар не был заполнен нефтепродуктами. В нем горели осевшие на бортах и днище осадки. Стволы 27-й пожарной команды быстро сумели охладить стенки и сбить пламя. Перед пожарными встала задача перегруппировать силы и двигаться на основной очаг пожара — «трехтысячник».

— Товарищ начальник! — на эстакаду взобралась связная 26-й команды Архипова. — Нигде не могу вас найти! За вами не угонишься! Снаряд разорвался в служебном помещении станции! Горит обстановка и разрушены конструкции. Решением начальника штаба Курочкина туда переброшено отделение 5-й команды из резерва. Ранен осколком в грудь Лукьянов. Руководство его сектором принял начальник 26-й команды Тарлецкий. Штаб города требует быстрейшей ликвидации пожара, — на одном дыхании выпалила связная.

— Ясно. Передай: начальнику 26-й Терлецкому переходить на тушение «трехтысячника».

Кончаев видел, насколько сложная обстановка была у самого крупного резервуара. Из-за высокой температуры горения мазута крыша резервуара обвалилась внутрь, а листы металлического корпуса завернулись сверху. В образовавшихся замкнутых пространствах бурно кипел мазут, выбрасывая наружу мощные смерче-образные вихревые потоки горящей жидкости, пламени и дыма. Несмотря на интенсивное охлаждение стен, огонь продолжал бушевать.