Читаем Огонь со мной полностью

Когда мой взгляд с его ног вернулся к его лицу, я поняла, что он так же пристально рассматривает меня. Чуть склонив голову набок, он загадочно улыбался. Так и хочется прочертить пальчиком по контуру этих соблазнительных губ. Я, наверное, могла бы вечно любоваться этим мужчиной, но Ремис быстро вернул меня к реальности.

– Я его отвлеку, а ты пробирайся к машине. Подожди меня две минуты, если я не выйду, то уезжай без меня.

Тихо, но уверенно и вот так грубо брат заставил меня перевести взгляд от Кремера к нему.

– Что? Я не оставлю тебя, даже не мечтай!

– Ах, это наши знаменитые мааааги? – Пропел Кремер.

Просто невероятный голос, от которого женщины теряют голову. Что со мной? Он нас убить хочет, а я тут о сексе думаю!

Ни один мускул не дрогнул на лице Кремера, когда он оценивающе осматривал валяющихся без сознания чародеев. Когда его взгляд вернулся к нам, все мое сексуальное влечение резко испарилось. Во взгляде теперь читалась наша с Ремисом смерть. В руке Кремер держал зелье. Кремер и зелье – очень плохое сочетание… для магов.

И тут я вскинула руки в его направлении. Сложно сказать, чего именно я хотела добиться этим жестом. Знаю, что Кремер – тот редкий чародей, который тоже владеет силой телекинеза, поэтому мне бы не удалось сбить его с ног. Он с легкостью отразил бы подобный удар. Вот только к моему удивлению в него полетел огненный шар размером с футбольный мяч. Несмотря на то что он смог увернуться от шара, такого развития событий он явно не ожидал.

– Алика, твою мать, скажи мне, что ты сделала это специально и сможешь повторить! – Прошептал Ремис, не сводя глаз с Кремера.

Я совершенно не знала, что на это ответить. Нет, это не специально, но мне не хотелось бы, чтобы Кремер услышал мои отрицания, пусть думает, что я могу кидаться огнем, как испанцы помидорами в праздник «Ла Томатина».

– А вот это уже неожиданно, – подал голос Кремер, – это меняет дело.

Он улыбнулся так сладко, но в то же время опасно.

Какое дело? Что меняет? Нет, я, конечно, не хотела слышать уточнений от Кремера. Все, что я хотела сейчас, – оказаться в машине Ремиса и быть на пути туда, где нас не найдут еще примерно лет сто.

В это мгновение вдруг откуда-то появились еще порядка дюжины чародеев, которые вперили свои взгляды на лежавших на полу коллег, а потом и на Кремера, ожидая от него команд. Затем все уставились на нас.

– Никто не вмешивается и не мешает мне!

Команда Кремера прозвучала жестче приказа военачальника, ведущего роту солдат в бой.

Он не хотел, чтобы другие чародеи мешали ему… самостоятельно убить нас? Вероятно, Ремис посчитал так же, поскольку, пока я возилась со своим телекинезом-огнем, он резко направил удар в Кремера, но тот с легкостью отбил удар. Ремис продолжал держать меня за руку и потихоньку продвигал к выходу.

– Черт, он очень силен! – Проворчал Ремис.

А на что ты рассчитывал, братец? На то, что Кремера можно сбить с ног телекинезом? Этот чародей знает нашу силу, мы для него не опаснее разъяренной осы.

Прямыми ударами Кремера не свалить, надо что-то придумать. И срочно! Оглянувшись, я нашла очевидное решение. Осмелев, я начала швырять чародеев в Кремера. Да, получается! Это отвлекло Кремера и дало нам возможность скорее продвинуться в сторону выхода.

Ремис подхватил мою идею и с еще большим энтузиазмом стал закидывать Кремера чародеями, которые нас окружали. Вскоре нам даже удалось сбить его с ног – лучший шанс для побега, поскольку оставшаяся половина чародеев просто пялилась на происходящее, не решаясь нарушить команды Кремера.

Выбежав на улицу, Ремис закрыл дверь и подкинул рядом стоявшую машину в воздух, после чего бросил ее у дверей, тем самым создав отличное препятствие.

– В машину! – Скомандовал Ремис, и я не нуждалась в уговорах.

Мы вскочили в машину, благо, ключи были в замке зажигания. Мы так спешили поговорить с Феликсом, что Ремис не стал заморачиваться и запирать ее. Машина завелась и с визгом рванула с места.

Я же продолжала смотреть на заблокированную дверь.

О, я прекрасно понимаю, что Кремера это задержит в лучшем случае на минуту. Он не остановится и точно кинется в погоню. Но использовать магию открыто он не рискнет, поскольку это считается страшным преступлением в мире бессмертных и наказывается смертью. Поэтому нам надо ехать в город, желательно на центральную улицу. Несмотря на то что еще раннее утро, в центре должно быть многолюдно.

– Ремис, мы должны ехать в город.

– Я знаю, туда и направляюсь, но успеть бы. Дверь их не задержит.

Лицо брата было сосредоточием ярости.

– Поверить не могу, что я гребаный маг. Еще вчера был чародеем, а теперь я маг!!! Ну и куда мы теперь? Что будем делать? Все наши вещи в общежитии, там вся наша жизнь!