Читаем Огонь Менестреля полностью

Надменность исчезла, уступив место страху, который всегда скрывался за ней. Вот он, настоящий Сэмми Райдер, подумал Блох. Раскис. Райдером значительно проще манипулировать, чем он думает. Блох стал старшим сержантом и выжил, потому что умел разбираться в людях. Он был профессиональным военным, но с самого начала знал, что однажды этот день настанет. Сейчас, когда он в отставке, он наконец может организовать такой военный лагерь, каким, по его мнению, он и должен быть. Блох уже начал готовить и рассылать своих наемников. Райдер знал об этом. Но славному сенатору не было известно о торговле оружием. За годы, проведенные в армии, Блоху удалось собрать небольшой арсенал, и сейчас он использовал его. Если Сэмми узнает об этой части его бизнеса, то начнет вопить о совести, о законе и о прочей ерунде — а все потому, что до смерти испугается, как бы к делу не приплели и его. Блоху надоело выслушивать хныканье. Арсенал — лишь начало. Его планы на будущее грандиозны. И он обязательно осуществит их. Ему просто нужно найти варианты и сообразить, как превратить их в деньги, а также обдумать, как нажать на высокопоставленных «друзей».

— Просто констатирую факты, — сказал Блох, почесав сзади шею. Проклятые клопы. К ним он никогда не привыкнет. — Ты не будешь всю жизнь сенатором, Сэм. Наверное, подумываешь о Белом Доме, да? Вот будет интересно, когда в одном из твоих шкафов загремит костями скелет вроде меня. Так что, может быть, лучше иметь со мной дело сейчас? А, как ты думаешь?

— Я делаю все, что в моих силах!

— Ну вот, так-то лучше, рад это слышать. Ну, рассказывай. — Блох откинулся назад, увидев, что таракан вдруг изменил Направление и теперь тащится по огромному ковру к столу. — Ты еще не отделался от этой Штайн?

На другом конце провода воцарилось молчание. В нем были смятение и ужас. Сержант не услышал ни учащенного дыхания, ни ругательств, ни возгласа отчаяния. И — слава Богу! — обошлось без хныканья. Блох терпеливо ждал. Он не спускал глаз с таракана. Таракан замешкался, словно соображал, куда направиться, но не изменил курса — видимо, сейчас он мог двигаться только вперед.

— Тебе известно о ней?

— Разумеется, Сэм.

— Но откуда? Я никогда не говорил о Штайн тебе или Рэймонду. Неужели де Гир? Не могу поверить…

— Да нет, это не Голландец. Я ни черта не получал от него с тех самых пор, как он уехал в Нью-Йорк. Самостоятельный, сукин сын. Хочу надеяться, что с ним пока все в порядке. Нет, Сэм, я узнал о Штайн и ее приватном визите к тебе от своих людей в Вашингтоне. Они информируют меня обо всем, что происходит. Она узнала де Гира и теперь хочет задать ему жару за какую-то чушь, случившуюся сорок лет назад. Она порет ерунду. Мне рассказали.

— Твои люди у меня в офисе? — вскричал Райдер, и в его голосе зазвучали страх и негодование, — Черт побери, сержант, я не потерплю этого! Хватит с меня того, что ты, как крыса, прячешься в моем рыбацком лагере, подвергая опасности мою репутацию, хватит того, что ты послал ко мне де Гира и этот «посредничек» шантажировал меня. А ведь я всегда помогал тебе, делал все, что было в моих силах. Но шпионов я не потерплю!

— Уймись, Сэмми. По-моему, не тебе указывать, что мне делать. Ответь на вопрос — ты отделался от нее или нет?

Райдер молчал. Блох смотрел, как Золотой Парень взвешивает все «за» и «против». Он всегда тянул время. Даже в бою никто не мог поторопить Сэма Райдера, если тому нужно было собраться с мыслями. Пока не припрет, он не задумается, к чему могут привести его увертки.

Наконец Райдер заговорил, тщательно подбирая слова.

— Она думает, что я помогу ей. Не знаю, как она поступит, когда поймет, что я не собираюсь этого делать. Если я сдам де Гира… Нет, это немыслимо. На сегодняшний день все, что она может, это предъявить свои обвинения. У нее нет доказательств моей прямой связи с де Гиром. Однако, если она привлечет прессу и они начнут расследование, может случиться все, что угодно. Они даже могут выйти на тебя, сержант. — Райдер замялся. — Думаю, что тебе было бы лучше уехать из лагеря. Для твоей же безопасности.

— Ой, Сэмми, только не лишай меня этого удовольствия. Ах, какое будет зрелище, а? — Блох фыркнул. — Длинный ряд гробов, в них лежат репортеры, и вот-вот начнется захоронение. Не стоит тревожить старика Фила Блоха. Слушай, я хочу, чтобы ты разрешил мне самому побеспокоиться о Рахель Штайн.

— Это не твоя забота, сержант. Не вмешивайся. Я управлюсь сам.

— Конечно-конечно. Я буду протирать здесь штаны, пока ты не запорешь дело. Самый большой алмаз в мире, говоришь? Черта с два я доверю это тебе. — Блох оставил насмешливо-снисходительный тонн подался всем телом вперед. — Слушай, ты, осел, не учи меня, что делать. Тебе, болван, нечего обижаться. Не будь ты засранцем, тебя не тревожили бы такие люди, как я.

Райдер не проронил ни слова.

— Уяснил, сенатор?

— Мне нужно заканчивать разговор, — сказал Райдер вымученно.

— Ну да, расскажи только сперва, как ты собираешься заполучить алмаз.

— Сержант, как-нибудь в следующий раз…