Читаем Огненные драконы полностью

Когда Рэйна вслед за Эллукой начала снижаться, взяв курс на берег реки Судран, Андерс почувствовал легкое разочарование от того, что полет заканчивается. Ребята решили высадиться вблизи окрестностей Холбарда и пройти в город через западные ворота, в которые всегда входили много путников.

Спускаясь на землю, Андерс почувствовал, как одеревеневшие в полете конечности пронзило словно иголками.

Слезшая с Эллуки Лизабет, пошатываясь, припустила к берегу. Как только наездница покинула ее спину, Эллука превратилась в человека и пошла вслед за девочкой. На ходу разминая неповинующиеся ноги, Андерс тоже пошел к реке, где застал сидящую на коленях Лизабет. Та, наклонившись над рекой, зачерпывала ладонями холодную воду и плескала себе на лицо. Сзади стояла Эллука, удерживая девочку за края плаща, чтобы та не упала.

– Что случилось? – спросил Андерс. – Ее тошнит?

– Понятия не имею, – последовал ответ. – Там, наверху, не поговоришь.

Вскоре к ребятам подошла закончившая превращение Рэйна, и все трое ждали, пока Лизабет придет в норму.

– Извините, – подняв голову от воды, произнесла волчица. Кожа девочки стала еще бледнее, чем обычно, а щеки разрумянились от холодной воды. – Это все из-за жары, – объяснила она. – Сначала было еще ничего, но под конец – просто ужас. Вы, драконы, такие горячие, когда вы, э-э… драконы.

Андерс, странным образом обретший нечувствительность к жаре, ничего такого не заметил.

Против обыкновения Эллука не стала иронизировать над словами Лизабет, а протянула девочке пару печений, которые достала из кармана.

– Держи, поешь, – предложила она. – Мне всегда помогает, если замерзну.

– Как это ты не потеряла печенье во время превращения? – удивилась Рэйна. – Когда я на прошлой неделе пыталась взять с собой сэндвич, он просто куда-то пропал. Лейф говорит, что никто толком не знает, как это происходит, а мне кажется, неплохо бы понять и что-то придумать, но, кажется, это мало кого интересует.

– Все дело в размере, – пояснила Эллука. – Если положить в карман что-то маленькое, то во время превращения оно принимается за часть одежды.

Эллука вынула из-под туники амулет, висящий на кожаном шнурке у нее на шее. Вещица напоминала амулеты волков, которые они использовали, чтобы сохранить на себе одежду после обратного превращения.

– Прямо как наши, – вторя мыслям Андерса, сказала Лизабет. – Еще одно доказательство того, что волки и драконы когда-то работали вместе.

– А мы с вами разве не доказательство того же самого? – справедливо заметила Эллука. – Если получилось у нас, то получится и у остальных. – Указав на Андерса и Лизабет, девочка добавила: – А эти двое и на свет не появились бы, если бы по крайней мере один дракон и один волк не поладили друг с другом.

– Как бы нам хотелось узнать, кем они были, – сказал Андерс.

Но дети прилетели не за этим. Как только Лизабет закончила омывать лицо холодной водой, четверо ребят пошли к дороге, ведущей к городу. Им предстояло перейти вброд реку Судран, и дальше их путь лежал к западным стенам Холбарда – той же дорогой сюда приезжали крестьяне с южных фермерских земель, везущие свой урожай на городскую ярмарку.

Ребятам не составило труда дождаться, когда на дороге образуется просвет в беспрерывно движущейся колонне людей и повозок, и выйти на дорогу, вписавшись в многолюдный поток торговцев и крестьян. Те двигались не очень быстро, но зато так было надежнее.

Шагая вместе со всеми и надвинув капюшон поглубже, Андерс прислушался к тихому разговор двух крестьян.

– До весны всего ничего – все должно быть в цвету и зелени, уже и побегам пора взойти, а они сидят, полузамерзшие, в земле, – потуже заматываясь в теплый шарф, сетовал один из крестьян.

– Да, похоже, не видать зиме конца, – соглашался второй.

– Опять же, если нам плохо, то этим проклятым драконам еще хуже, – присоединилась к разговору идущая рядом женщина. – Я слышала, недавно от их огня половина порта сгорела.

– Говорят, до конца года войны не миновать, – прищелкнув языком, тревожился первый крестьянин. – Хоть бы не оказаться в этом пекле, когда начнется, уж лучше сидеть себе на ферме в тишине и покое, даже если там ничего не растет.

– Волки снова нас защитят, – уверенно сказал второй мужчина, – они очень сильные.

– Лучше бы так и было, – сердито фыркнула женщина, точь-в-точь как Рэйна, когда возмущалась. – На каждом углу Волчья стража, проходу от них нет: всех останавливают и суют свой нос в наши дела. А ведь все они из городской казны кормятся. Эта Фурстульф просто так защиту не предлагает – спорим на твои ботинки, что уж она-то цену своим услугам знает и не продешевит.

– Ты это, полегче в выражениях, – предостерег женщину крестьянин. – Люди могут не то подумать.