Читаем Огненная кровь полностью

Во замолчал, глядя на фотографию. Милада заметила, что дорожка волос у него спускалась по шее и позвоночнику к лопаткам. Сейчас эти волоски встали дыбом. Похоже, Во был здорово зол.

– Судя по всему, люди застали нас врасплох, иначе у них ничего бы не вышло. Я до сих пор не понимаю, как наши не учуяли приближение такого количества людей. Но факт остается фактом. Большую часть самцов расстреляли издалека, а для остальных нашлись серебряные ошейники и цепи. Всех выживших, а это были лишь несколько самцов и самки со щенками, согнали в лагерь, за колючую проволоку.

– А почему они не сбежали? – тихо спросила Милада.

Во посмотрел на нее и ответил:

– Оборотни не так кровожадны, как показывают в фильмах. Мы вовсе не монстры с гигантскими когтями и окровавленной пастью, не умеющие совладать с собой в полнолуние. Мы так же, как и все вокруг, хотим прожить жизнь в мире, заботиться о своей семье. – Он помолчал. – Старейшины и взрослые самцы защищались и почти все погибли при нападении, а те, кто остались, были юны и неопытны. Так что вскоре все выжившие оказались за стенами с вышками и часовыми.

Во снова замолк. Милада тоже молчала, понимая, что это только начало истории.

– Условия жизни оказались жестокими, но самое неприятное было в том, что капитан Яковлев получил приказ натренировать как можно большее количество оборотней. Так что оставшихся самцов стали вынуждать спариваться с самками чаще, чем на воле. Тех, кто сопротивлялся или отказывался – убивали. Но старшие решили, что сильно поредевший клан должен восстановить свою популяцию. Они приказали всем подчиняться требованию людей. Мы взрослеем быстро… Полугодовалый волчонок по развитию – как двенадцатилетний ребенок. А в лагере, несмотря на плохие условия, почти никто из выводка не погибал. Так что уже через полгода молодняка было много, и его начали тренировать, готовя к диверсионной деятельности. Капитан Яковлев доложил о первых успехах. Прибыла комиссия, которая убедилась в перспективах военного применения оборотней, так что капитану дали добро на дальнейшую работу с кланом.

Во снова надолго замолчал. Милада боялась расспрашивать, чтобы не прерывать такое необычное повествование. Подумать только, в лагерях НКВД готовили оборотней! Для диверсионных операций! Милада представила себе партизанский отряд, состоящий из оборотней, и поежилась. Мда… Круто было бы. Бойцы, способные в буквальном смысле слова раствориться в чаще.

– Это место находилось в глухом лесу, – неожиданно продолжил оборотень, словно продолжая ее мысли. – Солдаты, естественно, были мужчинами, в большинство своем – молодыми. Многие до мобилизации никогда не знали женщин. А поскольку волки оборачиваются нагими… Молодые волчицы в человеческом обличье весьма привлекательны, а глухомань снижает дисциплину… – Милада заметила, как сжались его кулаки. – В общем, караульные и охрана лагеря захотели, чтобы молодые волчицы оборачивались не только на площадках для тренировок под присмотром наблюдателей, но и для них по ночам в бараках. Командиры смотрели на это сквозь пальцы, а иногда и сами… – Он запнулся и после паузы тихо добавил: – Словом, солдатам было дозволено в отношении пленных практически все. Так вот, самки моего рода отказались подчиняться, и тогда солдаты начали избивать маленьких щенков. Оборотни поняли, что в лагере становится еще страшнее. Самцов держали взаперти в серебряных ошейниках, поэтому волчицы решили организовать побег. Среди них была и наша прабабушка.

Миладу замутило при мысли о том, чего солдаты добивались от волчиц. Какая мерзость! Впрочем, подумала она, мужики, предоставленные сами себе, всегда очень быстро дичают.

– Наша прабабушка решила сбежать, – продолжал Во. – Как было задумано, она сказала двум солдатам, что оборотится для них в лесу. Чтобы не узнал никто из рода. Эти глупцы были так ослеплены похотью, что позабыли об осторожности. Они скрытно вывели ее в теле волка из лагеря и увели в лес. И на свободе она убила их обоих. Одна. Двух вооруженных солдат. Потом она убежала, но сделала это не из трусости, а пошла за помощью. К человеку. К хозяйке, которая тогда жила в селе неподалеку от логова клана. Ее знали и хозяйка согласилась помочь. После чего она нашла капитана Яковлева, когда он выезжал с солдатами в деревню за продуктами и самогоном, и зачаровала его. Она никогда не рассказывает, как все было, но я знаю, что капитан вернулся в лагерь, убил из пулемета большую часть охраны и выпустил мой клан на волю. Потом Яковлева ранили, схватили, судили и расстреляли. А наговор с него сошел перед самым концом. Приговор трибунала приводили в исполнение на площади в деревне, и хозяйка рассказывала, что он очнулся, кричал, что его околдовала ведьма. Но разве такому поверят… После этого старейшины приказали нашей прабабушке и ее потомкам служить хозяйке в благодарность за спасение клана. Все они были рядом с хозяйкой, как и мы. Нам с Рахом нравится служить ей.

– А на волю вас не тянет? – не удержалась Милада.

– Мы не пленники, – гордо сказал Во. – Мы отдаем долг клана.

– Значит, вы пленники долга.