Читаем Огненная буря полностью

И я найду для него время. Но сначала, я прошла, спотыкаясь о траву, вокруг опрокинутых старых надгробий, и рухнула рядом со своей дочерью, которая лежала неподвижно на земле.

- Имара? - Я протянула руку и коснулась ее.

Моя рука прошла сквозь нее. Не в том смысле, как если бы она была, скажем, поглощена маленькими голубыми искорками, просачивающимися из другого измерения, а как если бы она состояла в основном из пара, удерживаемого вместе с помощью памяти и воли. Она не шевелилась. Я поспешно отдернула руку и использовала ее, чтобы баюкать свою сломанную руку у груди. Черт, это было больно. У меня перед глазами поплыли звезды и красные разводы, но каким-то образом я смогла дышать через боль. - Имара, ты меня слышишь?

Если бы она могла, но она не подавала никаких признаков. Она была как бы здесь и не здесь одновременно, лежа ничком на траве. Я не могла схватить ее, чтобы переместить или перевернуть ее. Все, что я могла сделать - это повторять ее имя.

Барабанил дождь, холодными и твердыми каплями по моей обнаженной коже. Я сидела на траве и дрожала рядом с моим, находящимся без сознания, ребенком-джинном, и боролась с желанием позвать Дэвида. Он бы пришел, я знала это. Но я не была до конца уверена, что это будет безопасно для него; если Ашан по-прежнему сновал где-то поблизости, выглядывая, это могло обернуться неприятностями.

Не то, чтобы это было в любом случае правильно, для начала.

Спустя какое-то время, я заметила, что одежда Имары начала впитывать воду. Я нагнулась и слегка коснулась ткани. Она имела текстуру и вес.

От моего прикосновения - она дернулась, как испуганный олень: вскочила на ноги, с бледным лицом и безумными глазами. Просканировала небо, затем землю, а после сосредоточилась на мне.

Я не была уверена, что она вообще помнила, кто я. Одно было точно - от нее исходило столько угрозы, что я не решалась двинуться. Она бы убила меня на полпути через кладбище, просто ударив, и, без всякого сомнения, это оторвало больше, чем просто мою руку.

Паника покинула ее глаза. - Мам? - Она в секунду преодолела разделяющее пространство, присела рядом со мной, протягивая руки. Я замерзла, промокла и дрожала, и, вероятно, была в шоке, если только я еще не успела забронировать отпуск с полным пакетом услуг.

Она говорила текучим языком, слова, которые казались быстрыми и драгоценными для моих ушей, и я не знала, что она говорила, но знала, что это было на языке джиннов. Я узнала его по моментам, проведенным с Дэвидом.

- Эй, - сказала я слабо. - По-английски, детка.

Она была теплой. Такой теплой. Я смутно помнила, опираясь на ее поддержку, как я, шатаясь, вышла с кладбища на улицу. Камаро стоял там же, где мы его припарковали, выглядя смелым и нахальным сквозь ливень. Имара усадила меня на пассажирское сиденье.

Все было кончено. Я проиграла. Я просто... проиграла.

- Мам? - Голос Имары звучал обеспокоено, когда она включила передачу и начала вывозить нас из города. - Мам, куда нам ехать?

Я не имела ни малейшего чертова понятия. Я отвернулась, рассматривая мир снаружи. Мир, которому суждено погибнуть, потому что я не справилась с задачей по его спасению.

- Найдем ближайшего Хранителя, - сказала я. - Может быть, есть что-то, что мы можем сделать, чтобы помочь.

- С чем?

Я пожала плечами, одним плечи. С другим плечом было такое чувство, будто в сустав вогнали кусок стекла. - С чем угодно. - Мне было совсем не интересно.

Имара продолжала бросать тревожные взгляды в мою сторону, но я не сказала ни слова.

Я понятия не имела, как долго длилась поездка, но это всё равно не было достаточно долго для меня, чтобы придумать достойную блестящую идею. Поэтому Имара просто следовала инструкциям и везла меня к ближайшему Хранителю.

Которой оказалась Эмили, Хранитель Земли и Огня, которая участвовала в потасовке в Штаб-квартире. Она жила в каком-то захолустном городке посреди в середине Нигде округа, штат Мэн, и когда Имара остановила Камаро на гравийной подъездной дорожке, она припарковалась рядом с забрызганным грязью внедорожником Джип.

Хранитель был дома. Она открыла дверь, когда Имара постучала, и уставилась на моего ребенка, словно она была Вторым Пришествием, потом на меня как на исчадие ада.

- Ох, - просто сказала она. - Они послали тебя. Отлично.

Она развернулась и пошла в дом, не удосужившись пригласить нас внутрь. Мне было так плохо и так больно, не говоря уже об отчаянии, что мне было наплевать на это. Я последовала за ней в по-домашнему уютную гостиную, одна стена в которой была выкрашена в несколько неудачный оттенок корицы; индийские одеяла и юго-западное искусство выстроились вдоль стены. Мебель была выполнена из древесины, нарочито примитивная. Везде были разложены безделушки, начиная от кукол и заканчивая ловцами снов.