Читаем Огненная артерия полностью

Соболев посмотрел на часы у себя на запястье. Разницы во времени с Москвой в Кении не было. Но их самолет почти сутки пробыл в Стамбуле, поэтому прилетели они в Найроби, а вернее, в аэропорт Истли-Норт, в пригород столицы Кении, уже поздно вечером. Такая неторопливость в передвижении и остановка в Турции были задуманы специально, чтобы сбить с толку разведку американцев, французов и англичан, которые пристально наблюдали за любыми передвижениями с российских военных аэродромов в сторону Африки. В Турции сменили борт и только потом полетели дальше, а их самолет отправился в обратный путь.

Звонок на сотовый Соболева поступил только через два часа после того, как закончилась отгрузка.

– Тайга на связи, – отозвался Соболев.

– Тайга, это Купец, – услышал он в трубке русскую речь. – Через два часа встречаемся…

Дальше были названы координаты места, в котором должна будет произойти встреча. Соболеву не нужны были никакие записи, чтобы запомнить, а потом и определить по навигатору нужное место на трассе А104, ведущей на город Накуру. Его память давно уже была натренирована на запоминание и длинного ряда цифр, и сложных иностранных названий местностей, и незнакомых лиц.

До места встречи с колонной добрались даже раньше фур. Те по какой-то причине запаздывали, и такое опоздание Соболеву не понравилось. Он сразу же набрал номер телефона, по которому с ним связывались, но тут вдалеке, на трассе, показались огни фар, и он отменил звонок. Первая фура в колонне сдала к обочине и остановилась, за ней остановились и остальные машины. Дверца со стороны пассажира открылась, и на землю спрыгнул человек.

– Не рассчитали время. На десять минут опоздали. – К Вячеславу подошел высокий и крепкий мужчина в форме бойца ЧВК, протянул руку и представился: – Купец. Но можете меня звать Михаилом, – добавил он.

– Тайга, майор Соболев, – представился Вячеслав и, немного подумав, добавил: – Вячеслав.

– Меня, сержанта Икемба Дамалу и еще восемь человек прислали под ваше командование. Поэтому надо бы нам всем для начала познакомиться, я так думаю.

– Да, пожалуй, – согласился Соболев. – А заодно и определиться с тем, как будет осуществляться конвоирование. Сколько всего машин в колонне?

– Тридцать три, – ответил Михаил.

К ним подошел сержант Дамала, и Михаил представил его Соболеву.

– Соберите своих людей, мне нужно с ними познакомиться и распределить равномерно по всей колонне. Будем разбивать ее на три части. Так будет проще контролировать ситуацию на дороге, – по-французски обратился к сержанту Вячеслав и добавил: – Подробности – на общем сборе.

Через двадцать минут перед Соболевым выстроились все бойцы – и русские, и центральноафриканские. Русские спецназовцы делали вид, что уже давно знакомы с черными бойцами, и старались не смотреть на них с любопытством. Стояли по струночке и смотрели прямо на командира. Чего нельзя было сказать о местных. Они не скрывали своего любопытства и с интересом разглядывали знаменитый русский спецназ.

«Хм, – усмехнувшись, подумал Вячеслав, – пока что все мои ребята держатся молодцами. Посмотрим, как они поладят с местными в будущем».

– Итак, – начал он свою речь по-французски, – в нашу с вами задачу входит охрана гуманитарной колонны и доставка груза в целости и сохранности в Банги. От того, как мы с вами будем взаимодействовать и как выполнять все необходимые для безопасности колонны требования командира, то есть меня, будет зависеть, доедет ли груз до пункта назначения или нет. Все мои команды должны выполняться с максимальной точностью. Никаких инициатив без моего ведома быть не должно. Я понятно говорю? – спросил он, посмотрев на сержанта Дамалу и остальных африканских бойцов.

Те молча кивнули, и Соболев продолжал:

– Все фуры для большей безопасности разделим на три части – по одиннадцать машин в каждой колонне. Между колоннами, впереди и позади всей миссии, поедут бойцы на квадроциклах. К сожалению, БТР нам не выделили, – усмехнулся он, сказав эти последние слова уже по-русски, потом снова перешел на французский язык. – Я распределю всех бойцов попарно. Будем работать как в связке со своим напарником, так и, в случае опасности нападения и при нападении, в группе со всем соединением. В каждой колонне будет свой командир, который будет иметь связь, кроме своих подчиненных, еще и непосредственно со мной, а также с другими командирами групп охраны. Колонны фур будут двигаться друг от друга на расстоянии примерно в три километра… Сколько у нас шоферов? – снова перешел он на русский, повернувшись к Михаилу, стоявшему чуть позади него. – Смена есть или все, как всегда, – впритык?