Читаем Одноклассница полностью

У входа было несколько человек, некоторые из которых закрепляли заученные движения. Лена быстро прошмыгнула мимо них, так что я едва успел среагировать и нагнать ее. Миновав этаж, мы оказались на втором этаже этого старинного здания, нутро которого пытались густо замазать ретушью.

«Площадка» представляла из себя прямоугольное помещение, длинная стена которого была в зеркальных панелях, а другие стены были украшены красно-белыми узорами граффити. Вдоль зеркальной стены сидели люди, с любопытством разглядывая танцующих. Играла музыка, в которую вплетались элементы танго, бачаты и еще чего-то мне незнакомого. Кому-то из танцующих получалось очень здорово подстраиваться под этот замысловатый аккомпанемент.

– Ну что? Готов? – просила меня Лена. – Это не так сложно, как кажется.

– Я же говорил, что не…

Я не успел договорить. К Лене подошел парень с темным ёжиком волос. На его предложение Лена ответила довольной улыбкой, оставив меня зрителем совсем не веселой для меня картины. Эта картина навеяла на меня воспоминания…

Я вспомнил, что Лена всегда сидела впереди, рядом со столом учителя. Она была очень сосредоточенна, и казалась мне тогда жутко умной, в отличие от меня, которому учеба давалась с трудом. Я частенько смотрел на нее со своей галерки. И белые банты девочки практически растворялись в свете утреннего неба. Казалось, что она вся светится, отчаянно будоража мое детское сознание красотой и недосягаемостью. Если б не мама, я не знаю, как бы я смог дальше терпеть эту муку. Мама всегда была моим оплотом, особенно после того, как ушел отец. Может быть, поэтому я не сильно, по крайней мере так мне казалось, переживал из-за ухода отца. Мама совершила подвиг и дала мне то, что можно и немного больше. И сердце мое выдержало, а дух не пал.

Сначала я думал уйти. Просто побродить по городу и вернуться чуть позже, но Лена все время держала меня. То и дело бросая на меня в танце свой магнетический взгляд. И тогда я снова приковывался к старому паркету. Она смотрела на меня, и мне все время казалось, что она задает мне вопрос своим взглядом, ответа на который я не знаю.

«Я не знаю, Лена. Правда», – отвечал я ей мысленно.

Потом она сжалилась надо мной и, оставив своего партнера, подошла почти вплотную, сощурилась как ребенок, и сказала:

– У меня идея. Ты со мной?

Что я мог ответить? Конечно, с тобой, теперь уже навсегда.

Часть 4

Помню, как в первый раз стоял на сцене. В конце декабря всем раздали номера для новогоднего утренника. Стих я с легкостью выучил. Так как сцена для меня была чем-то непонятным, особых опасений перед ней я не ощущал. Единственное мне очень хотелось, чтобы у меня был костюм Зорро. Меня в то время особенно впечатлял этот образ из знаменитого фильма. Поэтому черный плащ, маска и острая шпага – были пределом мечтаний моих. Но с костюмом мне не повезло, и мечта моя так и осталась мечтой. И мне пришлось выходить на сцену в старом костюме волка, к тому же без важной детали, свойственной любым хвостатым. Хвост мы так и не нашли. Костюм этот я возненавидел. А беда, как говорится, не приходит одна. Поэтому, когда подошла моя очередь выходить на сцену, я на прочь забыл текст. Я просто отстоял свое время, думая о своей горькой судьбе. Только взгляд Лены, который я тогда поймал на себе, дал мне сил. Чего стоят маски и шпаги без любви? Может, я так и не думал тогда на сцене. Но разве это неправда.

Идея Лены привела нас на песчаный пляж. Река в этом месте особенно широко разливалась, уходя далеко к горизонту, создавая впечатление бескрайности водного пространства. Слева был остров, густо поросший кустарниками, с белоснежным песком у своей кромки.

– Тот остров называют «несчастным», – сказал Лена. – Очень много людей утонуло, пытаясь вплавь до него добраться.

– Хорошо, что предупредила. А я уже хотел осмотреть островок.

– Серьезно? – спросила она.

– Нет. Я пошутил. Я вообще плохо, если честно, плаваю.

– А я там была.

Я еще раз посмотрел на остров, прикрыв глаза рукой, и представил, чего бы стоило мне попытка оказаться там. А Лена тем временем щурилась от солнца оглядываясь по сторонам. Убедившись, что никого рядом нет, она стала раздеваться. И к моему дикому удивлению осталась в одном черном нижнем белье. Фигура ее была бесподобна, ее гладкая кожа отливала слабой бронзой загара. Мысленно я обратился к небесам. Идеал предстал перед моими глазами. Лишь одна маленькая деталь портила это совершенное полотно природы. На левом плече у нее был в палец шириной шрам со следами трех швов.

– Позагораем? – спросила игриво она.

На улице было тепло, солнце очень ласково пригревало юными летними лучами. Но мне по привычке чудилось, что без одежды будет весьма зябко. Поколебавшись, я все же доверился своей спутнице и ее настрою.

– Можно, – без энтузиазма согласился я.