Читаем Одной крови полностью

Вера ещё раз обвела взглядом тесную прихожую. Возле туалета слегка отошли обои, а на потолке висела пыльная паутина. Возле выключателя грязное пятно. Это муж вымазал, когда вернулся домой пьяным, пытаясь включить свет в ванной комнате.

Женщина вздрогнула, резко оборачиваясь. На пороге кухни выросла фигура Глеба. Тот стоял, сложив руки на голой груди. На нём были надеты лишь спортивные штаны, порванные в нескольких местах. От мужа несло не слишком приятно. Алкогольные пары, а ещё запах давно не менянного белья.

- Пришла? - поинтересовался он ничего не выражающим голосом.

Мёртвые глаза впились ей в лицо, следя за малейшим выражением.

- Да.

- И где ты шлялась?

- Я?

- Нет, я, мать твою.

- Я была...

- Так где же ты была?

Проведя ладонью по волосам, Вера направилась в комнату, усаживаясь на скрипучий диван. Глеб последовал следом за женой.

- Ты же знаешь, что мне не нравится, когда ты уходишь от вопроса.

- Я не ухожу.

- Тогда не заставляй меня повторять дважды.

- Я была у подруги.

"Как же все-таки такое могло произойти. А как же поездка в такси? Алексей Петрович и Антон? А этот дом, что так неожиданно вынырнул из тумана? Сколько вопросов. Наверное, этого всего не было. Но тогда откуда взялись эти воспоминания? И самое главное, где я действительно была?"

Глеб пристально смотрел на неё, недовольно поджимая губы. Его руки слегка подрагивали, будто от нетерпения.

- Какого хера я должен готовить сам себе жрать?

- Ты не должен.

- Правильно, мать твою, я не должен. Эта твоя обязанность.

- Да, моя, - покорно согласилась Вера.

- Тогда какого хера я этим занимаюсь? Или ты думаешь, у меня дел других нет?

- Есть, конечно же.

Женщина знала, что лучше не спорить с мужем, иначе будет хуже. Если Глеба что-то выводило из себя, то всегда страдала она.

"Прямо как в детстве", - подумала Вера с горечью.

Отец всегда колотил её, наказывая по малейшему поводу. Он брался за ремень, а потом лупил, оставляя на детской коже красные рубцы, при этом что-то приговаривая.

"Как так получилось, что я вышла замуж за человека, который сильно напоминает мне отца".

Вера резко вскинулась, широко открыв глаза.

"Стоп! С чего я взяла, что меня отец лупил? Да он ко мне никогда не прикасался. Боже, похоже, я схожу с ума".

- Ты меня не слушаешь? - нахмурился Глеб.

- Слушаю, - ответила женщина машинально.

- А я говорю, что ты меня не слушаешь.

Лицо мужа потемнело. Мёртвые глаза покрылись тонкой коркой, превращаясь в две льдинки.

- Я тебя давно ни чему не учил. Ты слишком распоясалась.

- Я сейчас приготовлю тебе поесть.

- Тебя кто-то отпускал к твоей гребаной подруге? Ты спрашивала у меня разрешение?

- Мне почти сорок, - вырвалось у неё непроизвольно.

Вера прикрыла рот ладонью, с испугом глядя на мужа.

Тот, приблизившись к шкафу, медленно, неспешно, вытянул из него ремень из кожи, один конец которого намотал себе на кулак.

- Придётся мне тебя поучить уму...

С этими словами, Глеб взмахнул рукой, а потом сильно хлестнул. Тяжёлая бляха угодила Вере по плечу, причиняя невыносимую боль. Женщина громко вскрикнула, зажимая себе рот. Ей нельзя было кричать, иначе наказание будет гораздо хуже, чем порка. Вопли и мольбы действовали мужу на нервы.

- После этого ты у меня снова будешь шелковая, - приговаривал супруг.

Следующий взмах. Бляха попала по ягодицам. Вера рванула в сторону, бросаясь из комнаты в прихожую, а потом и в спальню, пытаясь закрыть за собой дверь. Глеб следовал по пятам, не отставая не на шаг.

- Пожалуйста, не надо, - взмолилась она, зная, что будет только хуже.

Супруг не выносил мольбы, а также криков. Ему нравились лишь слёзы, а также немая боль в глазах. Он буквально впитывал её в себя, будто вампир.

Вера упала на кровать, попытавшись прикрыться одеялом. Глеб ударил ей ногой в живот, а потом одним рывком содрал с неё футболку. Ремень заплясал в его руке, нанося длинные, багровые полосы на белой коже. Пшеничного цвета волосы разметались по подушкам, а из глаз брызнули предательские слёзы.

- Перевернись, - скомандовал он.

Женщина мгновенно подчинилась.

- Скажи, - усмехнулся Глеб пожелтевшими от никотина зубами. - Тебе же нравиться, когда я кончаю на тебя? Признайся же.

- Нет.

- Ты испытываешь от этого удовольствие?

- Нет, пожалуйста.

- Тебя возбуждает, когда я тебя луплю, а после этого трахаю?

- Нет! Нет! Нет!

- Признайся, чёртова сука!

Ремень наносил всё новые и новые удары, а Вера рыдала, не обращая внимания, что кричит в голос.

- Признавайся!

- Да! - заорала женщина в истерике.

- Что да?

- Да! - повторила она, всхлипывая. - Меня это возбуждает!

- Я так и знал, - усмехнулся муж.

Отбросив в сторону ненужный ремень, он ухватился за резинку спортивных штанов, оттягивая её вниз. Вера с ужасом наблюдала за скользким червём, который извивался на том месте, где должен был находиться пенис. Червь был просто огромен, толщиной в человеческую руку. Он постоянно двигался, оставляя на спущенных штанах комки желтоватой слизи.

- Попробуй его на вкус, - проговорил вдруг ласковым голосом Глеб. - Давай, крошка, тебе это понравиться.

- Нет!

- Давай, сделай это ради меня. Ты же хочешь.