Юлия Миланес

Одночасье

Одночасье

Жизнь какая-то –

одночасье,

раз – и немощь,

стареет рот.

Было счастье?

А было ль счастье?

Только муки

невпроворот.

Свобода мыслей

Свобода мыслей –

вот свобода,

которая дана затем,

чтоб децибел

пудовых тем

нас отпустил.

И мысль о Боге

словно море,

плыви –

покуда хватит сил.

***

Есть другие законы,

растущие из души.

Есть другие оковы

иного уклада.

Никому это не говори,

это смертная радость –

это жить у себя внутри

ожидая снаружи

распада.

***

Что глаз создать

тому,

кто создал мирозданье,

кто хоботок комарика

как флейту закрутил?

Но сколько у него

я оставалась крайней,

но столько он давал

терпения и сил.

Бантик

Знаки длятся

затем,

чтобы ты полетела.

Чтобы в вечность вошла,

как врезается в тело

очень тесное платье,

очень узкие туфли,

очень стянутый бантик.

Вор у вора

Вор у вора

уже не дубинку украл.

Он добрался

до самого злого добра –

до исподнего.

Нет у вора стыда,

таки да,

нет и страха

Господнего.

Бытиё

Я держусь

ожиданьем плохого –

креста.

Вот случается жуть,

испита,

прожита

до начала её.

Только это спасает

мое бытиё.

Трава

Я смотрю:

все трава-трава,

суетится,

растет едва.

В суете этой

роста травы

кто-то станет поэтом.

Вы?

Ангел

… и лицо в ладони