Читаем Однажды в морге полностью

- Ты думаешь, я не хочу жить?

- Ты сильный мужик, справился же с бандитами, справишься и с остальным.

- Может мне его выбросить?

- Смотри сам.

- Я его опять приклеил к сучку. Пусть пока повисит. А теперь пойдем спать.

- Пошли.

Тварь тоже поплелась за нами в комнаты.

Не смотря на возражения Инны, я решил ее проводить. На улице мне удается перехватить такси и до аэропорта, мы доехали без осложнений.

- Ты, пока самолет не оторвется от земли никуда не уходи, - просит Инна, - проследи, мало ли что. Давай попрощаемся здесь, я не хочу чтобы там тебя видели со мной.

Она прижалась ко мне.

- Я тебе испортила всю жизнь, так? - Инна заглядывает мне в глаза.

- Наверно.

- Прости, глупую Инку.

- Прощаю.

Мы целуемся.

- Я не сказала еще одну вещь. Скоро один человек передаст тебе документы. Не пугайся, в них мое и твое спасение. Я их стащила у антиквара. Прошу, побереги их...

- Кто передаст?

- Ты этого человека знаешь. Все. Я пошла. Прощай.

Я выполнил ее просьбу. Мы разделились. Я пошел на второй этаж аэропорта и от туда стал наблюдать за группой неорганизованных туристов во Францию, в которую вмешалась Инна. Время тянулось медленно, но вот объявили посадку на самолет и ручейки людей вытянулись у входа в таможню. Когда самолет взлетел, я оторвался от стекла и тут услышал голос.

- Ну что, доктор, проводили свою знакомую?

Рядом стоит тот самый мужик из ФСБ, полковник Самойлов А.И., с которым так часто стали пересекаться наши дороги.

- Здравствуйте. Вот не ожидал вас увидеть здесь...

- Чего же тут неожиданного. Мы все время в трудах. У вас найдется пара минут, поговорим здесь, в буфете.

Как все неудачно, неужели они смогут где-нибудь посадить самолет.

- Найдется. До смены еще время есть.

- Тогда пошли.

Мы занимает у столика место, полковник себе заказывает пиво с бутербродами, я колу.

- Так проводили, спрашиваю, знакомую? - задает мне вопрос ФСБешник.

- Проводил. Простите, я тогда не запомнил ваше имя и отчество.

- Да-да. Зовите меня Алексей Игнатьевич. Улетела она...

- Вы специально приехали за ней?

- Инна строптивая девушка. Кому хочешь по мордасам отлупит. За что она вас интересно полюбила? Хотя, имея такие нервы как у вас, Валентин Иванович, можно предположить, что ваш бы союз не расстроился.

- Он еще и не начинался.

- Да, да. Это мы знаем. И хорошо бы было если бы он не начинался никогда...

ФСБешник пристально смотрит на меня, ожидая моей реплики. Я молчу.

- Ну ладно, чего мы ходим вокруг да около. Вас и Инну можно было бы сажать в тюрьму.

- За что же это?

- За многое. Например, за алмаз "Кельн". Ведь он у вас признайтесь?

- Инна взяла.

- Врете, я приказал на таможне ее перетряхнуть, увы алмаза нет.

- Ладно, вру, он у меня.

- Это уже лучше. Я даже догадываюсь, что он все время был у вас...

Опять пауза.

- Вы думали, - продолжает он, - порвав заключение о смерти дочери министра, я не обратил внимание на слово "камень"? Обратил. Потом на вас напали, как вы говорите бандиты, одного вы убили, другой действительно умер от потери крови, а вот третий..., он долго жил. Мы из него выжали все..., кое что уже знали и могли представить общую картину. Антиквар Михайлыч, не простой человек. В бытность один из руководителей отделов КГБ имел обширные связи среди членов ЦК и в правительстве. Эти связи остались и при новой власти. Тут то он и развернулся. Как паук закрутил паутиной некоторых высших чиновников страны. Скрытую власть имел, неограниченную...

- В нее попал и отец Инны?

- Да, он тоже влип. Михалыч имел одну страстишку..., драгоценные камни. Коллекция у него естественно уникальная. "Кельн" он за дарма вытащил из семейной шкатулки министра, да не рассчитал, нарвался на строптивых дочерей. Старшая, во время дня рождения Михалыча, сумела упросить хозяина показать гостям коллекцию, а младшая в это время устроила пожар на кухне. Пока Михалыч и гости тушили огонь, "Кельн" оказался в руках старшей. А дальше дело техники. Антиквар торопливо убрал камни и ничего не заметил.

- Так вы знали все и пассивно смотрели...

- Зачем нам трогать Михалыча и все эту верхнюю шушеру. Мы получим неприятностей больше, чем в свое время от Андропова.

- Что же дальше?