Накладка

На одном из чемпионатов СССР по стрельбе, проводившемся летом во Львове, неожиданно наступил холод, пошли снег с дождем. И когда дошло дело до торжественного открытия соревнований и парада участников, то организаторы решили все сделать побыстрее, чтобы участники не замерзли. Вышли спортсмены на построение, нужно было получить атрибутику, но куда-то запропастился тот человек, кто должен был их выдавать. И начальникам команд сказали, чтобы они сами взяли флаги республик и таблички с названием команд в одной из комнат в небольшом служебном домике. Но неожиданно российского там почему-то не оказалось. Возможно, кто-то взял по ошибке. А на улице по радио уже объявили команду «Приготовиться к параду». Пришлось взять первый попавшийся похожий по расцветке и бежать к нашей российской команде. Но флаг сразу разворачивать не стали, отдал одной из спортсменок, предупредив, чтобы подняла только тогда, когда колонна тронется, а перед трибунами опустила вниз. Минуты через три увидел бегающего начальника команды одной из бывших союзных кавказских республик. Он искал свой флаг.

Тут дали команду трогаться, и колонна с участниками пошла на стадион. До сих пор так и не знаю, под чьим флагом мы прошли. Но что не под российским – это точно.

* * *

На чемпионате Европы, проводившемся в Москве, во время награждения призеров соревнований поднимали флаги стран в честь победителей и играли соответствующие гимны. Во время вручения медалей очередной тройке призеров за ограждением взволнованно бегает один из руководителей команд. Но его не пускали к судьям и пьедесталу, шла телевизионная трансляция.

И когда гимн отыграл, он все же сумел добраться. Оказалось, что подняли не тот флаг. Перенаграждать было уже неудобно, поэтому перед ним извинились. Но, как выяснилось, претензии он все-таки предъявил, выполнил свой долг.

Строгий судья

Был в Советском Союзе один очень строгий судья по стрелковому спорту. Держал в тонусе и судей, и спортсменов, ходили о нем легенды, особенно среди армейских спортсменов. Мог он, например, в то время, когда соревнования начались, взять и послать спортсмена постригаться, хотя время на выполнение упражнения ограниченное. И режим заставлял строго соблюдать. Если, например, в гостинице находил кого-то из спортсменов, прогуливавшихся по коридору после двадцати трех часов, времени отбоя, мог посадить в машину, увезти за город километров на пятьдесят, оставить там без денег со словами: «Не забудь, что подъем у нас в семь часов, утром жду на пробежку». Дисциплина была «железная».

Бывали случаи, когда раздавался звонок в номере гостиницы без пяти одиннадцать вечера, то есть за пять минут до отбоя. И в трубке звучал его голос: «Ну, как готовитесь к отбою?» На что в ответ звучали клятвенные заверения, что уже все лежат, а это последний из спортсменов встал, чтобы погасить свет. И все мгновенно бросались по кроватям, выключая свет и раздеваясь на ходу. А утром могло оказаться, что, оказывается, он звонил из другого города, из дома, еще не вылетел.

Но однажды выяснилось, что есть еще более жесткие люди. Служил в те годы один замечательный командующий военным округом, который помогал спорту. В частности, построил прекрасное стрельбище. В честь его открытия, начала соревнований пригласили этого генерала, чтобы он дал старт началу соревнований.

Были это обычные соревнования. Там по команде «Старт» или «Огонь» засекается время начала упражнений. Чаще они длятся полтора-два часа. Поэтому после команды те спортсмены, которые уже приготовились, начинают стрелять. Но кто-то может поправлять снаряжение, завязывать по-другому ботинки, делать запись в блокноте и так далее.

Генерал же привык, чтобы все было по-военному. Поэтому он дождался времени начала упражнения, громко скомандовал: «Огонь!» Большинство начали стрелять, но невдалеке один спортсмен завязывал шнурки на ботинках, второй пил минеральную воду, третий решил немного подогнать винтовку. Генерал рассердился и еще раз повторил: «Я кому сказал, огонь! Приказываю начать стрельбу!»

Те посмотрели, но продолжали заниматься своими делами. Пришлось нашему строгому судье успокаивать сверхстрогого генерала, объяснять, что такое допускается, повели на мини-фуршет, чтобы отвлекся.

Две стихии

Однажды с моим знакомым, летчиком-инструктором, мастером спорта, приехали мы на учебный аэродром, откуда, в частности, взлетали и самолеты с парашютистами. Пока он решал свои дела и совершал полет, я гулял и любовался техникой, наблюдая за всем. Попался давний знакомый, бывший спортсмен, который после выхода на пенсию устроился работать сторожем, чтобы хоть так быть рядом с авиацией. Он и рассказал историю, которая заслуживает внимания.