Читаем Одинокий орк полностью

— Никак, — с потрясающей самоуверенностью ответила девушка. — Это сделаете вы! Вы поможете мне проникнуть в храм!

Шесть пар глаз опять уставились на орка. Тот заерзал на камнях.

— А чего вы на меня-то уставились?

Вместо ответа Тан выразительно поиграл бровями — дескать, ты приволок эту девушку, за тобой и последнее слово. Джесара по-своему поняла наступившее замешательство. Она сползла с камня и, подойдя к орку, осторожно взяла его за руку.

— Пожалуйста, — ее карие глаза смотрели умоляюще, — помогите мне! Я вас отблагодарю… Мой дядя не должен прикоснуться к Длани первым!

В сороковой день Саргона была шумна и празднична. Городские ворота распахнули настежь, все высыпали на улицы. Двери многих питейных заведений тоже были отрыты, на улицы вынесли лавки и столы, и любой желающий мог получить кружку хмельного напитка и лепешку с мятой. На торговых площадях толкался народ. Издалека казалось, что празднично разодетая толпа просто развлекается. Глаз так и искал уличных артистов, музыкантов, глотателей огня, гадателей и фокусников. Но люди не искали развлечений. Наоборот, среди собравшихся попадались личности в дорожной пыльной и грязной одежде. Некоторые из них сидели или лежали на голой земле, другие расхаживали среди горожан. Слышались голоса: люди что-то негромко обсуждали между собой. Из окрестных сел и небольших городов пришло много паломников. Все надеялись, что в день вступления на престол нового правителя Длань Бога явит чудо.

На семерых чужаков — четырех мужчин и трех женщин — никто не обратил внимания. Правда, кто-то из вездесущих мальчишек попытался выкрикнуть дразнилку относительно роста одного из них, темнокожего великана с копьем на плече, но ему хватило одного взгляда, чтобы заткнуться.

— Видите, как все просто? — Джесара с любопытством, словно впервые попавший на ярмарку маленький ребенок, озиралась по сторонам. — Нас даже стража в воротах не остановила!

— Угу, — мрачно кивнул Брехт. — Проще не бывает! А что дальше?

— Ну… мы проберемся в храм и…

— Вот просто так и проберемся?

— В город же вошли!

— Да, потому что там целая толпа валила!

— Вот и к Длани Бога мы легко сможем подобраться с толпой!

— А потом? — поинтересовался Тан, применяя быстрый прием: воришка, рискнувший подобраться к эльфу со стороны его слепого глаза, даже взвизгнул, когда тот вывернул ему кисть.

Джесара нахмурилась.

— Ты прав. Я должна первой прикоснуться к Длани Бога! Иначе вся затея теряет смысл!.. Ведь по окончании церемонии представления нового правителя Длань доступна всем жаждущим исцеления.

Все опять посмотрели на Брехта.

— Пошли к храму, — скомандовал он.

Но это оказалось проще сказать, чем сделать.

Все подходы к главному и единственному храму в Саргоне были надежно перекрыты стражей. Закованные в броню воины заворачивали всех назад. Какой-то пестро разодетый старик с бородой, выкрашенной по южной моде в красный цвет, плачущим голосом доказывал, что живет во-он в том доме, что отлучился ненадолго проведать больную тещу и должен вернуться домой, пока его не хватилась супруга. Но стража только ухмылялась и переглядывалась: чтобы в такой день кого-то понесло к постели родственницы?

Путешественники наблюдали за этой сценой издалека, но, когда бородач удалился прочь, стеная и делая вид, что пытается выдрать бороду по волоску — то и другое получалось у него очень плохо, — они переглянулись. Солдат на улице было около полутора десятков. Для трех мужчин-воинов — не такая уж и помеха.

— Будем прорываться с боем? — высказал общую мысль Брехт.

Каспар с Кайрайлой переглянулись, Тан спокойно обнажил саблю и меч, Брехт погладил ладонью теплое шершавое древко копья Гэхрыста… Но Джесара остановила их решительным жестом:

— Нет!

И, вздернув подбородок, чеканным шагом направилась к стражникам.

За их спинами шагов через двадцать начиналась площадь, на которой стоял храм. Толпа, предчувствуя скорое начало действия, понемногу придвигалась ближе, так что свидетелей было достаточно.

Подойдя к солдатам, Джесара властно взмахнула рукой:

— Пропустить!

— Погоди чуток, красавица. — Пожилой стражник оглянулся через плечо, к чему-то прислушиваясь. — Скоро полдень, и проход откроем.

— Я не могу ждать. — Джесара сдвинула брови. — Я должна пройти сейчас! Немедленно!

Словно только того и ждали, где-то вдалеке гнусаво запели трубы. Звуки были далеко не мелодичны. Их единственным достоинством была громкость. Солдаты моментально подтянулись, толпа заволновалась.

— Шествие! — Джесара изменилась в лице, заметив на противоположной стороне площади пеструю процессию.

Трубы пели то одновременно, то вразнобой, словно музыканты соревновались в том, кто протрубит громче и дольше, заглушив остальных. Гарцевали всадники, покачивались влекомые быками разноцветные повозки…

Решительно оттолкнув глазевших на шествие стражников, Джесара со всех ног бросилась вперед.

— Куда? — Старший солдат выбросил руку, поймав девушку за косу.

— Ай-ай! — завизжала она. — Да как ты смеешь, поганый пес! Прикасаться ко мне…