Читаем Одиночка полностью

В будние вечера, один раз в неделю, и в выходные они – Саша и Дима – были вместе с ребенком. Всегда вместе с Даней. Всегда. Диму это напрягало? Спрашивала она и получала неизменное: все в порядке. Но им надо выбираться куда-то вдвоем.

все в порядке

– Мои ребята полетят куда-нибудь на Новый год, – сказал он как-то к концу ноября. – Мы сможем вырваться?

– Дим, езжай, тебе надо отдохнуть. Я не смогу. Нужно оплатить учебу. Да и из-за Дани неудобно.

– А если папу или Инну, ну, или няню? С тридцатого по пятое всего. Представь, как круто на море зимой, ты и я. Мы будем сбегать от ребят, и я буду слизывать с тебя морскую соль и закусывать коктейлями. Мы станем совсем пьяны.

но пьяны не любовью

– Это очень привлекательно, жаль, у меня не получится. Но ты должен поехать!

– Но я хотел с то…

– Я понимаю, но ты весь год работал, не отказывайся от поездки. Классно же будет – с друзьями время проведешь, я с девчонками встречусь, сходим куда-нибудь, тоже не буду скучать. Новогодняя столица прекрасна.

– А как же тридцать первое? Мы хотели провести вместе.

– Ничего страшного, отметим потом, когда вернешься, Рождество.

– Точно? Я бронирую? Ты не обидишься?

– Нет, – улыбнулась Саша, успокаивая его. – Я буду рада за тебя. – «Да и тебе необязательно везде нас тащить, – хотела еще сказать она, но вовремя передумала, – а ездить сами мы пока не можем».

«Вот и проявились разногласия», – думала Саша, пока мыла посуду, а Дима ужинал под кино о кино на планшете. Вот разности.

Если бы она собирала свои бусины-преимущества на золотую мамину цепочку, а Димины на кожаный черный подвес, то его бусины стояли бы, крепко подпирая друг друга, тогда как ее болтались, до зуда натирая кожу. Ей было меньше, да, двадцать шесть, и у нее было свое, пусть и не везде симпатичное жилье. Но она только отучилась и начинает карьеру на новой работе. У нее ребенок. Свой, но не его. С ДЦП. Она не может тратить большие деньги на поездки. И принимать такие деньги тоже не может.

Неравноценное количество бусин щемило ее нервы, и бусины перекатывались внутри, болели и жалили. Не знала она пока, как вести себя в такой ситуации. Какой меркой мерить свое ценное, нематериальное, на какие весы складывать чувства. Могла отвечать только за себя и Данила.

Этого было достаточно, но все равно – больно.

Возможно, они с Димой так и не узнали друг друга? Не обсудили основное? Или за этими ремонтами, операциями, домашними вопросами и сериалами они слишком мало побыли друг с другом наедине, чтобы привязаться, чтобы покрепче влюбиться, чтобы возникающие вопросы решать и решить.

Дима хотел свободы, путешествий. Саша тоже хотела, но пока не могла. Придет время, думала, знала она, и она обязательно куда-нибудь полетит, обязательно сможет. Раньше ей хотелось создать полноценную семью. Хотелось влюбиться и родить по обоюдному желанию, по договоренности о том, кто сколько будет делать и за что отвечать. Ей хотелось партнерства, совместного родительства. Ей хотелось «вместе». Вместе-воспитания, вместе-детей, вместе-дом.

Но хотелось этого еще до Данила, но сейчас Данил есть, и все поменялось в условиях задачи, и теперь уже не только она одна. И для семьи взрослых нужно двое, а значит, ей хотелось бы партнера, который хотел бы это «втроем-вместе» с ней. Но раз его нет а его нет выход виделся только в одном – молчать.

И она замолчала.

Она ушла в работу, в быт, в ребенка. Дима стал приходить вечерами, как и раньше; теплыми и уютными, ночами, едва жаркими от переплетенных недолго тел. Под конец года все очень уставали, выматывались, изнуренно падали на диван, но как-то терпели, как-то успокаивали друг друга, как-то ласкались. Ждали.

значит, значит, пока так, думала Саша, а Киванука тихо тянул: i need something more мне нужно нечто большее, теперь я чувствую чувствую это now i feel

Но открыть рот и попросить у Димы еще пришлось. Потенциальный клиент, который нашел Сашино портфолио через базу лучших учеников школы, пригласил ее на встречу. Посмотрел портфолио, уточнил цены, немного удивился. Приезжайте, обсудим, сказал. А Саша согласилась.

Она хотела отказаться из-за ребенка, но кто отказывается от даже призрачных возможностей в начале пути? Два часа в пути туда и обратно, час на переговоры. Кто же отказывается от желанной работы?