Читаем Один против всех полностью

- Лады! - Кирей глянул на часы, кивнул сам себе - время есть. - А теперь говори, Кастет, чего от меня хочешь, у тебя ж наверняка план какой-нибудь есть. Не со скуки ж ты приехал на встречу, и не птичек послушать…

- План есть, - подтвердил я, - но от тебя мне пока ничего не надо. И приехал я для того, чтобы предупредить - никому не верь, Всеволод Иванович, никому, а ментам - в первую очередь!

- Когда я ментам верил? - возмутился Кирей.

- Ну знаешь, в этой истории все по-всякому оборачивается, потому и решил я тебя предупредить. Предупрежден, значит - вооружен, так говорят, правда?

- Правда, - вздохнул Кирей и добавил так неожиданно жалобно: - Пойду я, время поджимает.

- Иди, - согласился я, - и помни, ты всегда можешь рассчитывать на мою помощь…

Мы обменялись рукопожатиями, и Кирей устало побрел по аллее Зеленой Женщины в сторону Большой звезды.

Стареет Кирей, - подумал я, глядя ему в спину, и не удержался, похвалил себя, - здорово это я ввернул про «Ворона» и про свою поддержку Кирею, моя гвардия из трех человек, конечно, здорово поможет колдобинской преступной группировке…

- Ушел? - раздался за спиной голос Годунова.

- Ушел. У него встреча с избирателями.

Я отстегнул крошечный, с булавочную головку, микрофон и передал Годунову.

- Все слышал, Саня?

- Все.

- Как думаешь, можно ему верить?

- Думаю, можно. - Годунов улыбнулся. - Я так понимаю, что Кирею теперь и деваться некуда, только в твои объятия.

- Может быть, может быть! - я неуверенно покачал головой. - Давай сигарету, что ли, да поедем в город…

* * *

Вернувшись в гостиницу, я залез в ванну, насыпал в воду ароматических добавок и долго лежал, освобождая тело и душу от налипшей дневной грязи. Попытался прикинуть, как прошел день, прикинул и понял - прошел хорошо и, чтобы поторопить события, можно звонить в Германию, Романову.

Господин престолонаследник долго не брал трубку, занятый своими великодержавными делами, но я терпеливо ждал - время быть самостоятельным еще не пришло, пока надо доказывать верность престолу.

- Алло! - голос господина Романова был тверд и суров.

- Николай Всеволодович? Некто Костюков вас беспокоит…

- Алексей? Искренне рад. Докладывай, как дела.

- Прежде всего могу вас порадовать - большой сход воров Питера приговорил меня к смерти. Позавчера встречался со своим убийцей.

- На тебя было покушение? - Романов всерьез обеспокоился. - Ты не ранен?

- Да нет, Бог миловал. Не вдаваясь в подробности, скажу - киллеру пришлось намного хуже, чем мне, - я хмыкнул, вспомнив рассказ Кирея о том, как преследовавший меня хвост без штанов добирался до своего дома.

- Ты, Леша, береги себя, ты не мне нужен, ты нации нужен, всему российскому народу…

- Я понимаю, только вот же, в свою очередь, срочно нужны деньги. Если ты хочешь, чтобы наш план сработал, чтобы мы достигли тех целей, которые перед нами стоят, мне необходимо срочно сделать пластическую операцию. Иначе я ежедневно рискую. Я не хотел тебе говорить, отвлекать по пустякам, но теперь скажу - сегодня я виделся с Киреем…

- С Киреем? - переспросил Черных. - И… И - что? Ты жив? Здоров?

- Со мной все в порядке, - заверил я своего босса, - меня не так просто убить!

- Как я был прав, когда именно тебя избрал своим представителем, нет, наместником в России! Ты, именно ты нужен нашему движению.

В гробу я видел твое движение, подумал я, но сказал:

- Вот видишь, я нужен тебе, нужен движению, поэтому, чтобы не рисковать, необходимо срочно сделать пластическую операцию. Тогда у меня руки будут развязаны, и я смогу принести намного больше пользы всем нам!

- Конечно, конечно! - торопливо сказал Черных. - Завтра у тебя будут деньги. Ты где остановился?

- Сейчас я в «Октябрьской» гостинице. Думаю - до утра тут продержусь, в крайнем случае патронами я запасся…

- Ты береги себя, береги, утром у тебя будут деньги, наш человек тебе принесет…

- Все, я не могу больше говорить, кажется, кто-то идет!.. - я повесил трубку и закурил.

«Пистолет действительно не помешает, - подумал я, - и нужно еще встретиться с Годуновым, но сначала - ужин».

Я затушил сигарету и пошел в ресторан - белки, жиры и углеводы облекались там во вполне приемлемую форму.

* * *

После ужина я позвонил Годунову и договорился с ним о «хвосте».

Слово «хвост» в последнее время заняло значительное место в моем повседневном лексиконе. Оно произносилось вслух или мысленно в самых разных грамматических формах: я ушел от «хвоста», бандюки привесили ко мне «хвост», пойманный мной «хвост» во всем признался, и, наконец, мне надо привесить «хвост». Мне, действительно, надо было привесить «хвост» к тому человечку, что завтра принесет деньги от Романова-Черных. То, что он упоминал об организации, да и всякие другие словечки в том же духе, свидетельствовали о том, что у господина Романова здесь есть сообщники, а он, подлая гадина, мне об этом ничего не говорил.