Читаем Одержимый полностью

Прогромыхав колесами по мостовой, наш немудреный транспорт подкатил к «Драконьей голове». Я легко спрыгнул с телеги, развернулся, достал продолговатый сверток, стянутый ремнями. Повесив змеиный посох на левое плечо, кое только и было свободно, так как на правом обретался стреломет, взял в руки свой походный мешок. После чего по доброте душевной вновь предложил Стуму заночевать в таверне, а не у проживающей в Римхоле родни. Но тот, ухмыльнувшись, опять отказался, несмотря на то что я обещал сам все оплатить. Очень уж ему хотелось потолковать со своей тещей с глазу на глаз, без жены… Ну что поделаешь, не бывает людей без недостатков. Стум вот полаяться страсть как любит.

– Ну ладно, бывай тогда! – усмехнувшись, махнул я на прощанье рукой рыжебородому хуторянину.

– И тебе счастливо оставаться! – кивнул Стум, щелкая вожжами, и укатил прочь.

А я поднялся на крыльцо «Драконьей головы» и, решительно толкнув дверь, зашел внутрь. Остановился. Неторопливо обозрел зал и, почти сразу же углядев за одним из столов тех, кто мне требовался, радостно осклабился. На месте, гаденыши… Ну держитесь!

Сделав несколько шагов, я уронил глухо загремевший мешок у стула вышибалы, велев ему:

– Присмотри.

– Эй, стражник, а стреломет? – крикнул он мне уже вдогонку, когда опомнился и перестал тупо пялиться на мой мешок.

– Потом, – не оборачиваясь, кратко бросил я вышибале. Чем тот и удовлетворился, не став предпринимать попыток задержать нарушителя неписаного правила – не являться в кабаки и таверны с оружием в руках.

Братья Хайнс, заседающие по обыкновению со своими дружками-приятелями, тоже заприметили меня, направляющегося к ним. Побледнели как-то сразу, разволновались, переглядываться начали. Но к моменту, когда я подошел к их столу, уже взяли себя в руки, скрыв шок и потрясение за маской изумления и удивления.

– Стайни, ты уже вернулся! – воскликнул Руперт. – А где Стивен и Дэннис?

– Ну-ка, исчезли отсюда, – ничего не ответив на вопрос младшего из братьев, негромко велел я сидящим с Хайнсами их сотоварищам по охоте на драконов.

Когда до самых тупых дошло, что я сейчас сказал, со стула немедленно привстал один из них, самый крупный:

– Ты что, попутал, сопляк?!

– Исчезли отсюда, – с холодком повторил я, не сводя взгляда с сидящих рядом магов. И равнодушно добавил, снимая с плеча стреломет: – Или выкину ваши трупы с порога.

– Оставьте нас, – чуть дрогнувшим голосом отослал Гейдрих своих людей, беспокойно заерзавших на стульях при виде направленного на них стреломета. – Нам со Стайни нужно перемолвиться наедине.

– Правильное решение, – криво усмехнувшись, похвалил я входящих в отряд братьев Хайнсов недоумков, молча поднявшихся и без лишних препирательств перебравшихся за пустой столик по соседству.

Перехватив стрелометную машинку за ремень, подвесил ее, как и намеревался, на спинку стула. За этим ведь и снял оружие с плеча. А вовсе не для того, чтобы перестрелять всех присутствующих, как, похоже, решили некоторые.

– Так где все-таки Дэннис со Стивеном? И что с накопителем, нашли? – переглянувшись с братом и откашлявшись, начал Руперт, пока я возился с ремнями, стягивающими один интересный продолговатый предмет, закутанный в черную материю.

– Стивен погиб, а Дэнниса уже, наверное, волки сожрали, – безразличным тоном уведомил я его. Справившись наконец с перевязью, вытряхнул на стол перед братьями змеиный посох из плаща лича. А сам преспокойно уселся на стул, взирая на ошеломленных магов.

– Что… Что это?.. – аж посерел Руперт и постарался отодвинуться подальше от пылающего черным огнем камня в пасти змеи.

– Как – что? – делано удивился я. – Не видишь, что ли, – посох мертвого мага. Вон же и лапа его. – И ласково эдак, что никак не вязалось с кровожадной улыбочкой на моем лице, продолжил: – Так сколько вам, говорите, посулили за то, что скормите живых людей мертвякам?

Гейдрих первым сообразил, что дело начинает отчетливо нести тухлятиной. И мгновенно воздвиг вокруг стола отсекающий звуки «Малый полог тишины», представший перед невольными зрителями полупрозрачным пузырем, переливающимся в свете ламп. Впрочем, поздно. Шепотки уже ушли гулять по залу.

– Что ты несешь, Стайни? – тут же прорычал, разыгрывая возмущение и гнев Хайнс-старший. – Кто вас мертвякам скармливал? Ты сам на это дело подписался!

– На дело, а не на подставу, – хмыкнув, поправил его я и перебил пытающегося что-то сказать Руперта: – Не надо. Только не надо пытаться впарить мне какую-нибудь туфту. – Откинувшись на спинку стула, лениво сообщил братьям: – Дэннис во всем сознался, когда я его отловил.

– Он тебя, очевидно, зачем-то обманул, – быстро покосившись на брата, веско обронил Гейдрих.

– Точно! – кивнул Руперт и укоризненно посмотрел на меня. – А ты взял и поверил ему.

– То есть по-хорошему сознаваться не желаете? – уточнил я и равнодушно пожал плечами, протягивая руку к лежащему на столе змеиному посоху. – Хорошо, тогда сделаем по-плохому… Пусть Святая инквизиция вами занимается.