Читаем Одержимый полностью

«Да это же просто наглость, бес! – принялся я увещевать его. – Тебе же, по сути, всего и нужно-то, что еще немного усилить мою регенерацию! Это же пустяк для тебя! А ты цену просто непомерную гнешь!»

Выслушав меня, бес задумчиво почесал рог и неуверенно произнес: «Две декады?»

Я оторвал руку от раскалывающейся головы и молча скрутил кукиш. Задумчиво обозрев продемонстрированную фигуру, рогатый с досадой изрек: «Ну что ты артачишься? Я же вполне разумную цену запрашиваю! И даже на уступки из расположения к тебе иду!»

«Видал я такие уступки!» – раздраженно высказался я.

«А чего ты вообще хотел? – возмутился этот проходимец рогатый. – Ты вообще должен сказать мне спасибо, что я подряжаюсь помогать за столь сомнительную плату! Иной бес не согласился бы вовсе! Ибо у тебя в данный момент нет этих двух декад жизни, за которые ты торгуешься! И не факт, что они будут! А если ты этого еще не понял, то советую слегка оглядеться», – съязвил он.

Я призадумался. Кое в чем рогатый, конечно, прав… Ведь и правда невелики мои шансы пережить эту ночь. Просто надежда на то, что удастся выкрутиться, все еще жива, вот и кажутся запросы нечисти столь непомерными.

«Один день», – скрепя сердце предложил я, стараясь не думать о том, что может вытворить эта нечисть за целые сутки. И без того дурно.

«Декаду! Это мое последнее слово! – категорично отрезал бес и вкрадчиво так добавил: – Ты, разумеется, можешь отказаться… Но это, может статься, обойдется тебе еще дороже…»

«Это еще почему?» – нахмурился я.

«Да тебя ж потом совесть насмерть заест! – насмешливо осклабился бес, вольготно расположившийся на моем левом плече. – Когда узнает, что ты предал своих товарищей, имея реальную возможность их спасти! – Фыркнув, он пожаловался: – Не узнаю я тебя… Раньше бы ты как последний дурак не раздумывая бросился своих друзей выручать, а сейчас еще торгуешься… – Тут же прищурив один глаз и окинув меня оценивающим взглядом, поганец хвостатый задумчиво почесал рог и, просияв, с гордостью сообщил: – Не иначе это мое наставничество так положительно на тебя повлияло! И ты наконец поумнел!»

«Ты даже не скотина, бес, а гораздо хуже, – стиснув зубы, выдавил я. И бросил взгляд на плачущую Линду. На поникшего Пройдоху. Осознав, что выбора как такового у меня и нет, выдавил из себя злую, кривую ухмылку: – Ладно, я согласен на десять дней! Но только развлечения! И ничего иного! Ни ссор, ни драк, ни проблем с властями. Хоть настоящими, хоть теневыми!»

«Договорились! – заскакал на радостях бес. Клятвенно уверив: – Я буду паинькой! – он деловито забегал вокруг меня. – Так… это вот здесь надо исправить, а тут придется подлатать… Будет не очень приятно. И захочется жрать. Я сейчас задействую регенерацию твоего тела на полную катушку!»

Мне резко поплохело до темноты в глазах, как бес и обещал… Но недолго скрипел я зубами от тягучей боли, распространившейся по всему телу. Постепенно она отступила. Но еще раньше прошла тошнота и перестала кружиться голова. Уже за одно это можно стерпеть любую боль.

Я осторожно встал. Покрутился-повертелся и, удостоверившись, что могу нормально двигаться, шагнул к металлическим прутьям, преграждающим выход из ниши. И тут же отскочил обратно к стене. О богомоле-то я забыл… А он обо мне нет. И ему мои действия явно не понравились.

– Джейкоб! Линда! – обратился я к своим сотоварищам. И повторил чуть громче, видя, что они не реагируют: – Джейкоб! Линда!

Ни слова в ответ. Ладно, до Линды я и не рассчитывал достучаться, она явно не в себе, но Пройдоха-то чего тупит? Уснул, что ли?

– Джейкоб!

– Чего тебе, Стражник? – наконец откликнулся он.

– Богомола отвлеки, – тут же попросил я. – А то не дает, гад, даже от стены отойти.

– Ну так и сиди там, у стены, – пробурчал Лангбер. – Чего метаться-то…

– Выбраться отсюда хочу, и поскорей, вот чего! – довольно грубо бросил я в ответ, стиснув кулаки: – Я в отличие от некоторых не собираюсь спокойно сидеть и дожидаться обращения в упыря!

– И что ты сделаешь? – уныло вопросил Пройдоха. – Ты даже из камеры выбраться не сможешь. Я уже пробовал, пока ты в отключке валялся. Прутья слишком близко посажены. Голова пролазит, а туловище нет… А ты крупней меня будешь. Да если и вылезешь, толку-то? Без оружия-то… когда тут какой-то огромный таракан бегает… голодный, похоже…

– Так и что теперь? Сидеть, сложив лапки? – возмутился я и решительно провозгласил, посмотрев на открытый загон богомола: – Не тупи, Пройдоха! Это же просто насекомое, хоть и большое, его обдурить – раз плюнуть! Ты, главное, сейчас отвлеки его от моей камеры, а там я с ним разберусь!

– Да как я тебе его отвлеку?! – огрызнулся Пройдоха, поднимаясь тем не менее с пола.

– Да хоть станцуй для него! – потеряв терпение, зло бросил я. – Или вон камешками кидайся. Их тут полно.

Пройдоха скривился, но за дело взялся. Заорал, руками замахал. Одного добился – богомол развернулся в его сторону, однако уходить от моей клетки так и не пожелал…