Читаем Одержимый полностью

– Да нет, конечно, – улыбнулся Герт. – Они-то знают, что у нас за отряд. Поэтому пальцем у виска покрутили и спровадили Джека. Отговорившись тем, что в «Магнус» набирают не простых людей, а бойцов с исключительными способностями, коих у Джека нет.

– Чем еще больше растравили мальчишке душу! – фыркнули сестренки Вотс.

– Ну да, – подтвердил Герт. – Заодно подсказали, получается, что ему нужно сделать, чтобы попасть в наш отряд. Ну а так как у нашего Джека ума отродясь не было, проблему с наличием исключительных способностей он решил приобретением уникального талиара, для покупки коего подделал денежные документы казначейства.

– А осуществив эту аферу, вновь бросился к начальству с прошением, – хором продолжили улыбающиеся близняшки.

– Но в этот раз с ним даже разговаривать не стали – сразу послали лесом, – не сдержавшись, усмехнулся Большой. – И велели не надоедать занятым людям со всякой дурью. А то, дескать, будет ему перевод. Из столицы в Брейвик. Учетчиком заготавливаемой древесины. А то там, говорят, нарушения случаются.

– Тогда как он в «Магнусе» очутился? – недоуменно вопросил я. – Раз ему отказали!

– А это уже отдельная история! – рассмеялся Большой. – Джек понял, что его планам не суждено осуществиться, и с горя решил напиться. Ну и пригласил друзей-приятелей в шикарный кабак. После той аферы с денежными документами у него еще оставалось немного денег… Ну и по пьяни возьми да начни перед дружкам похваляться – дескать, отыскал лазейку для выкачивания денег. Мол, есть такой хитрый ход, о котором даже их старому маразматику главе казначейства не ведомо.

– Ну и? – поторопил я приложившегося к кружке Большого.

– Ну и все! – выдержав паузу, торжественно заявил он. – Просыпается, значит, наш Джек после той гулянки на следующе утро, а под носом у него его прошение лежит! Подписанное и одобренное главой казначейства! А за дверью сопровождающие ждут! Чтобы доставить к новому месту службы!

– Разоблачили, значит, его аферу? – догадался я.

– Не-а! – рассмеявшись, помотал головой Герт. – «Старого маразматика» припомнили!

– Н-да уж… Такое нарочно не придумаешь, – покачал я головой.

– Всякое в жизни бывает, – хлопнув меня по плечу, поднялся с лавки Герт. – Ладно, пойду я.

– Давай-давай, а то тебя уже заждались, – съехидничали близняшки, тоже заметившие переглядывания Полины и Большого.

Оставшись со мной наедине, сестры тотчас перешли в атаку, требуя реальной демонстрации моей способности к поглощению стихиальной энергии. Я быстро допил пиво и тоже засобирался:

– Вы не обижайтесь, но сейчас никак. Сами подумайте, ну зачем мне в данное время заряд бодрости и прилив сил? Я же потом до утра не усну! И не отдохну, получается, толком. А завтра нас опять ждет полигон, – нашел я, чем отговориться от этих исследовательниц. Пока они раздумывали над моими словами, поскорее закруглил разговор: – Так что спокойной вам ночи и приятных снов! – и смылся, пока они не опомнились и не привели новый несокрушимый аргумент в пользу проведения полуночных экспериментов.

Заскочив в комнату, я закрыл дверь на задвижку. А еще креслом подпер. Для надежности. И, облегченно вздохнув, завалился на кровать.

Но заснуть мне не дали. Едва сомкнул глаза, как кто-то начал тарабанить в дверь. Уж не инквизиция ли?..

Облизнув враз пересохшие губы, я поднялся с кровати и нерешительно приблизился к двери. Постоял, подумал. Стучать не прекратили. Настойчивые гости…

Мне жутко не хотелось этого делать, но все же я отодвинул кресло, отпер дверь… и едва не был сбит симпатичной светловолосой девицей лет семнадцати, которую толкали перед собой близняшки.

– Вы, случаем, дверью не ошиблись? – растерявшись в первый миг, брякнул я, не зная, как реагировать на это вторжение.

Близняшки проигнорировали мой в общем-то закономерный вопрос и обратились к этой неизвестной мне девушке, указывая пальчиками на меня:

– Вот, убедись сама, совсем он не старый и нисколечко не уродливый!

– И в самом деле… – порозовев от смущения, едва слышно выдавила из себя незваная гостья, избегая встречаться со мной взглядом.

– Держи тогда, Миранда, как и договаривались. – Отцепив от поясков кошели, сестренки отсчитали пять монет. Золотых! И протянули их этой девушке! Та, залившись краской, замерла, явно не зная, куда деться со стыда. Но, поколебавшись, денежки все же взяла и стала вся пунцовая.

– Вы чего? – обалдело уставился я на девушек, не в силах взять в толк, что происходит. Или, вернее, не в силах уверовать в правильность мелькнувшей в голове догадки.

А ничуть не смущенные близняшки меня добили:

– Это тебе. Для растрачивания излишков энергии.

– Чего?! – просипел я и, не удержавшись, покрутил пальцем у виска: – Спятили?!

– Она тебе не нравится? – недоуменно уставились на меня близняшки, не понимая причин моего негодования. – Она же симпатичная.