Читаем Одержимый полностью

Чудила потряс головой, словно пытаясь избавиться от наваждения.

– Да, конечно. – Он отступил в сторону и сделал приглашающий жест рукой.

Гостиная оказалась на удивление опрятной. Перед большим телевизором с плоским экраном, транслировавшим канал ESPN[2], стоял громоздкий кожаный диван с подобранным в тон креслом, в углу примостилась галогеновая лампа.

– Хочешь чего-нибудь выпить или… – он вдруг заколебался. Алекс понимала ход его мыслей. В четверг вечером лишь одна причина могла привести знаменитость на его порог – впрочем, и в любой другой вечер тоже.

Вообще-то Алекс не требовались подтверждения, но теперь последние сомнения исчезли.

– Ты должен двенадцать кусков.

Чудила неуверенно сделал шаг назад, словно кто-то внезапно выбил почву у него из-под ног. Голос Алекс стал для него полной неожиданностью – она ведь даже не потрудилась хоть как-то его изменить. Он никак не вязался с внешностью Тома Брэди, сотворенной при помощи пудреницы, и от столь резкого диссонанса иллюзия затрещала по швам. Впрочем, это не имело значения. Магия требовалась только для того, чтобы проникнуть в квартиру Чудилы без лишнего шума.

– Какого…

– Двенадцать кусков, – повторила Алекс.

Теперь он видел ее истинный облик. Перед ним в гостиной стояла мелкая девчонка с разделенными пробором черными волосами, настолько тощая, что вполне могла бы просочиться прямо через половицы.

– Не знаю, кто ты, черт побери, – прорычал он, – но ты точно ошиблась адресом.

Чудила направился к ней; казалось, от поступи его массивной фигуры задрожали даже стены. Алекс резко выбросила руку к окну, за которым виднелся тротуар перед кафе «Таурус». И тут же почувствовала, как в нее ворвался тот Серый в шапочке, ощутила на языке вкус зеленых яблок «Веселый фермер», в нос ударил вонючий дым сигарет. Его дух, грубый и безрассудный, походил на птицу, вновь и вновь бьющуюся в оконное стекло. И все же его переполняли ярость и чистая сила. Алекс подняла руки и ударила Чудилу ладонями прямо в грудь.

Здоровяк отлетел в сторону и врезался в телевизор; разбитый экран свалился на пол. Притворяться не было смысла – Алекс нравилось красть силу Серого, чувствовать себя опасной, пусть даже на короткое время.

Она пересекла комнату и встала над Чудилой, ожидая, пока тот хоть немного придет в себя.

– Двенадцать кусков, – снова напомнила Алекс. – У тебя неделя, чтобы найти деньги. Иначе я вернусь и переломаю тебе кости. – Впрочем, возможно, его грудина и так уже пострадала от удара.

– У меня нет денег, – простонал Чудила, потирая рукой грудь. – Ребенок сестры…

Алекс наизусть знала все подобные оправдания; было время, она сама беззастенчиво ими пользовалась. У меня мама в больнице. Заплачу позже, мне задержали зарплату. В машине нужно поменять коробку передач; если я не доберусь до работы, то не смогу вам заплатить. И неважно, насколько они соответствовали правде.

Она опустилась на корточки.

– Поверь, я сочувствую, но у меня своя работа, у тебя – своя. Достань двенадцать тысяч долларов к следующей пятнице, иначе он заставит меня вернуться и на твоем примере преподать урок всем дельцам в округе. А я этого не хочу.

Здесь она не лгала.

Кажется, Чудила ей поверил.

– У него… на тебя что-то есть?

– Вполне достаточно, чтобы отправить меня сюда сегодня вечером, а потом еще раз, если понадобится.

Внезапно сдавило виски, и Алекс ощутила во рту приторно-сладкий вкус яблочных леденцов.

– Черт возьми, чувак, паршиво выглядишь.

Лишь пару мгновений спустя Алекс осознала – эти слова слетели с ее губ, однако голос был совершенно незнакомым.

– Деррик? – Чудила вытаращил глаза.

– Точно! – не ее голос, чужой смех.

Протянув руку, Чудила коснулся ее плеча; пальцы ощутимо дрожали – от страха или, может, от потрясения.

– Ты… Я ведь был на твоих поминках…

Пошатнувшись, Алекс все же поднялась на ноги и мельком заметила свое отражение в разбитом экране телевизора. Вместо тощей девчонки в майке и джинсах на нее смотрел парень в куртке и шапке.

Она тут же вытолкнула из себя Серого – судя по всему, Деррика. Мгновение они не отрываясь смотрели друг на друга. Алекс понятия не имела, от чего тот умер, и не хотела знать. Каким-то образом этот парень умудрился влезть в ее сознание и завладеть лицом и голосом. Не надо ей больше такого счастья.

– Бела Лугоши[3] мертв, – прорычала она; за лето эти смертные слова стали ее любимыми.

Серый тут же исчез.

Чудила вжался в стену, похоже, желая оказаться как можно дальше отсюда. В глазах его блестели слезы.

– Какого хрена происходит?

– Не твоя забота, – проговорила Алекс. – Достань деньги, и все закончится.

Жаль, что для нее самой такой простой способ не сработает.