Прискорбная история, о которой и упоминать бы не стоило, вот только… Возможно, позже я сам посмеюсь над собственной нерешительностью, однако, когда Данбар сунул в карман бродяге пятерку и велел уходить, тот заявил, что еще не все сказал, закатил глаза – чистое позерство – и выдал: «Остерегайтесь».

Руди рассмеялся и, само собой, спросил: «Чего же нам остерегаться, старый мошенник?»

«Тех, кто ходит среди нас. Они мертвы и обитают в пустоте, питаются по ночам и водят дружбу с луной. Следите за ними, ребята, и запирайте двери, когда они придут», – пояснил бродяга, на этот раз четко и понятно; голос эхом разнесся по залу, как чистый звон колокольчика. Признаюсь, волосы у меня на руках встали дыбом.

В конце концов Руди и Данбар с ним разобрались – вывели на улицу и велели отправляться восвояси, а Руди даже пнул для пущей убедительности. Мне же было неловко. Наверное, стоило дать ему еще пятерку. Наверняка завтра все мы вдоволь над этим посмеемся.

<p>45</p>

Все, что случилось сразу после возвращения из потустороннего мира, осталось в памяти Дарлингтона чередой моментов, не желающих складываться в цельную картину. Он помнил падающий снег, облеплявшую тело тяжелую, мокрую одежду. Несмотря на усталость и потрясение, они просто не имели права отправиться домой – сперва следовало убрать все следы ночной вылазки. Прежде, еще до пасти адского чудовища, Дарлингтон следовал правилам и думал, что понимает, как устроен окружающий мир. Но теперь, когда к человеческой сущности примешались демонические черты, он вполне допускал, что моральные принципы требуют более гибкого подхода.

Зал Линонии и братьев усеивали книги, один из столов был перевернут. Демоны вломились в окна с восточной стороны, уничтожив витраж с изображением святого Марка, трудящегося над Евангелием, потом разбили стекла в окнах, выходящих во двор. Что ж, ничего не поделать. Можно, конечно, задействовать восстановительную магию, однако процесс будет долгим и кропотливым. Скрепя сердце Дарлингтон признал, что пока лучше оставить все как есть. Потом, когда университет заявит о вандализме, «Лета» предложит использовать горн или еще какие-нибудь средства из запасов оружейной. На данный же момент нужно просто убрать любые признаки сверхъестественного.

Мерси вновь уколола палец, и пауки вернулись в веретено, однако плотный полог пропитанной скорбью паутины по-прежнему висел над двором. Одолжив метлу в кладовой со средствами для уборки, они почти целый час снимали хлопья паутины и бросали в чашу фонтана, где нити постепенно растворялись. Когда они в конце концов избавились от чертовой штуковины, все пятеро безудержно рыдали.

Тело Итана Харела, лежавшее лицом вниз в грязи и тающем снегу, оставили напоследок.