Происхождение: Мантуя, Италия, начало XVII века

Даритель: неизвестен, возможно, принят в дар из секретной коллекции музея Нью-Хейвена.

До сих пор в значительной степени остается загадкой, каким образом соль защищает от демонов. Во многих культурах считается, что она очищает духовно и служит для защиты от зла, да и в обыденной жизни находит широкое применение: чистящее средство; катализатор для уксуса, используемого при очищении; предотвращающий гниение натуральный консервант; восстановитель для увядающих цветов и фруктов. В былые времена солдатам платили жалованье солью, она считалась обычным подарком среди друзей. Но для чего Елисей насыпал соль в воды реки возле Иерихона, чтобы восстановить их по велению Божьему? Зачем в некоторых японских семьях после похорон соль рассыпают по полу? И почему любые наши записи указывают, что из всех веществ соль наиболее эффективна в уничтожении демонических тел, как физических, так и духовных?

Неизвестно, сама ли Эмилия Бенатти зачаровала воротник или просто его приобрела, однако она с родными оказалась в числе немногих переживших демоническую чуму, разразившуюся в Мантуе в 1629 году. Ее потомки примерно в 1880 году иммигрировали в Америку и поселились в Нью-Хейвене, став видными членами итальянской общины; их можно увидеть на фотографиях празднества, устроенного обществом Святого Андрея в 1936 году. Возможно, воротник просто выбросили вместе с другими суевериями Старого света, но как он попал в секретную коллекцию Исторического общества Нью-Хейвена, и по сей день остается тайной.

<p>32</p>

Мрачные, покрытые сажей, они втиснулись в «Додж» Тернера: Доуз впереди, Трипп, Алекс и Мерси сзади. Сегодня вечером никто не стремился идти домой в одиночку.

Сперва возле школы богословия высадили Доуз. Тернер и Алекс проводили ее до двери квартиры, попутно защитив здание нарисованными солью узлами Соломона.

– Увидимся завтра, – проговорила Алекс, когда Доуз уже готовилась закрыть за ними дверь. – Заходи в чат каждый час.

Следующим был Трипп. Склонившись в проем между передними сиденьями, он показал Тернеру дорогу к большому многоквартирному дому недалеко от парка. Как оказалось, он жил в приличного вида кирпичном здании, освещаемом теплым светом ламп, созданных в индустриальном стиле. Возможно, Трипп и не общался с отцом, но наверняка пользовался средствами из трастового фонда. Трудные времена Хельмута выглядели совсем иначе.

Они защитили здание снаружи, затем для верности нарисовали соляной узел на дверном коврике Триппа.

– Не хотите… э-э… войти? – спросил Трипп. Все его возбуждение исчезло, в голосе снова слышался страх.

– Можешь переночевать у нас, – предложила Алекс. – На диване в общей комнате.

– Нет, все хорошо. Со мной ведь морская птица, верно?

– Отмечайся в чате, – велел Тернер. – И без нужды не выходи из дома.

Трипп кивнул и подставил кулак для удара. На этот жест ответил даже Тернер.

– Хочу съездить в «Черный вяз», – заметил Тернер, спускаясь по лестнице. – Убедиться, что Дарлингтон все еще заперт в загоне.

– Зачем? – Алекс чуть не споткнулась.

– Не валяй дурака. Ты видела Марджори Стивен. Из нее в прямом смысле высосали жизнь. В этом нет ничего естественного.