Пару раз глубоко вдохнув, собрав всю смелость, пока потемневший волчий взгляд неотрывно следит за мной и ждёт, как притаившийся в засаде хищник, несмело тяну руки к своему мужчине.

Всё-таки, совершенно другие ощущения, когда ты твёрдо знаешь, что это – твой жених. Твой будущий муж. Единственный. Отец твоих будущих детей.

Я с каждым мгновением вхожу во вкус. И мне хочется больше его. Начинаю с восторгом понимать, что эта вся красотень теперь тоже – только моя территория! Только я могу трогать. И жгучее любопытство тянет узнать чуточку больше.

- Если будешь так смотреть, непременно засмущаюсь и прекращу, - предупреждаю на всякий случай строгим голосом.

Мой ручной Волк усмехается. И даже не думает отводить дерзкого взгляда. Которым откровенно любуется мной. Пока я, сгорая от смущения, с пылающими щеками, пытаюсь понять, как вот эта белая туника с него снимается. Не вижу ничего, похожего на завязки или пуговицы. Моей фантазии хватает только на то, чтобы провести ладонями по широким плечам, млея от ощущения твёрдости и мощи, коснуться груди. Пробежать кончиками пальцев по связке амулетов.

- Помочь? – нетерпеливо предлагает Фенрир.

Меня всю прошибает потом от этого нетерпения, звенящего в его голосе, как тетива натянутого лука.

Я поднимаю глаза, чтобы сказать, что наверное, всё-таки, да… и слова застревают в моём горле.

Он понимает без слов.

Щелкает пряжка ремня. Широкий, с чеканными металлическими бляхами пояс летит в траву.

Фенрир берётся за полы туники, и не отрывая от меня пожирающего заживо взгляда, в пару быстрых движений скидывает её и отшвыривает куда-то в сторону. Остаётся в одних штанах. Не расцепляя зрительного контакта, делает полшага ко мне. Подставляется под несмелые ладони, весь дрожа, как возбуждённый дикий зверь.

Я тихо, прерывисто вздыхаю. Мой затуманенный взгляд блуждает по буграм мышц на широкой грудной клетке, по сетке застарелых шрамов, опускается ниже. Его кожа – обжигающе-горяча, когда отваживаюсь прикоснуться ладонями.

Мой Волк не шевелится и даёт мне привыкнуть. Но его тело – словно камень. И пальцы сжимаются в кулаки. Я всем телом ощущаю, что зверь внутри него рвётся наружу. И сколько сил ему нужно, чтобы его сдержать и не наброситься – мне сложно даже представить. Горячее ощущение благодарности, нахлынувшее на меня вдруг, так сильно, что я не могу и не хочу его прятать.

Подаюсь вперёд и нежно касаюсь губами тугой кожи – там, над сердцем, где так часто и гулко колотится пульс.

Он выдыхает через стиснутые зубы. Закрывает глаза.

Кладу ладони ему на грудь. Глажу осторожно и робко. Не прекращая целовать. Вдоль ключицы. Чуть ниже. Пьянея от солоноватого вкуса кожи. Дыхание моего мужчины становится хриплым, рваным.

- Тебе хорошо? – возвращаю я вопрос с лукавой улыбкой. Ничего не могу с собой поделать – мне хочется улыбаться, шутить, быть шаловливым ребёнком, немножко поддеть этого сурового и брутального мужчину, чтобы перестал быть таким убийственно-серьёзным. – Нам ещё не пора остановиться, как думаешь?

- Смерти моей хочешь, - пробормотал Фенрир.

И вдруг перестал быть неподвижным истуканом.

Схватил меня за талию и дёрнул к себе.

- Ой… - смущённо пробормотала я. Всем телом, наполовину раздетым, впечатываясь в напряжённое как камень мужское тело. Тоже, между прочим, не сильно-то одетое.

- Вот тебе и ой, - строго отвечает Фенрир, прожигая меня взглядом с высоты своего роста. Обнимает обеими руками крепко-накрепко. Прижимает так крепко и откровенно, что красней-не красней, уже бесполезно. – Что с этим делать будем, м-м? Дохулиганилась?

Моё сердечко несётся вскачь, как сумасшедший заяц, которого оглоблей промеж ушей огрели.

Пока моё тело жадно впитывает в себя через кожу расплавленный жар чужого тела.

- Я-то откуда знаю? – шепчу, давя улыбку. Любуясь своим мужчиной через ресницы. – Ты у нас будущий муж, ты и скажи!

Он медлит с ответом ровно два такта сердцебиения.

А потом его напряжённое лицо как-то расслабляется.

И на губах появляется тёплая улыбка, от которой на душе становится так радостно, как будто взошло солнце.

- Счастье ты моё! Так долго мучался, искал, думал – как это будет, какая она окажется, как подойти, когда найду… как завоёвывать стану, какие слова найти, чтоб убедить, что со мной будет лучше всего, чтоб удержать… а вот теперь держу тебя в руках, в глаза твои смотрю, и кажется, всю жизнь знал. Как будто на самом деле всё просто и легко. Не надо ничего доказывать. Просто быть. Веришь?

- Верю! – широко улыбнулась я в ответ, больше тоже не пряча счастливой улыбки, которая рвалась откуда-то из глубины моего существа. – И не надо мне лишних слов, я и так…

- Пра-авильно, - кивнул Волк, сверкнув клыком. – Меньше слов – больше дела, я считаю!

Азартно оглядел меня всю.

- Как-то тут многовато тряпок осталось. Не согласна?

Я не нашлась с ответом.

Густо покраснев, уткнулась лицом ему в грудь. Обняла за шею. И затихла. Доверяясь полностью. Доверяясь без остатка.

Благодарный поцелуй мне в висок.

Горячие ладони нежно погладили мою обнажённую спину, рассыпая ворох мурашек.

А потом неторопливо двинулись ниже.

<p>Глава 26</p>

Глава 26