Читаем Одержимость Альфы (СИ) полностью

Сбрасывает мои руки со своих плеч, как что-то грязное и отвратительное, и отходит. Сжимаю руки в кулаки и жду внятного объяснения, а потом она получит за свое противно.

— Хочу тебя, обрадовать нас перенесли сюда духи ведьм, и я не могу отменить их колдовство, — выговаривает мрачновато и добивает следующей фразой окончательно. — Пока мы не выкрадем артефакт у вожака племени с помощью которого он управляет сиомами нас не перенесут обратно.

Замечательная новость. Какие-то духи перенесли нас в тела других людей и теперь мы должны по их воле еще и ворами поработать.

А не много они на себя взяли?

Я альфа стаи должен плясать под их дудку?

— А если мы откажемся и уйдем?

Я не доверяю ведьмам, а уж каким-то духам и подавно, то что они сотворили с моим зверем вообще за гранью моего понимания и за такое можно смело убивать. И после этого они ждут, что буду сотрудничать.

Попросить они не могли, отказал бы, но вот таким способом вынуждать тоже не лучшее решение, если им нужна моя помощь. Если бы они хотели ее только от Хелены, то перенесли исключительно ее, а не нас двоих.

Девушка резко поворачивается ко мне лицом и проходится оценивающим взглядом с ног до головы, будто взвешивает мои способности и сильно сомневается в них, но потом спокойно выдает.

— Допустим, но куда?

— Выберемся наружу из этих пещер, а дальше найдем путь домой, — предлагаю очевидное.

— Домой или в твою стаю? — аккуратно уточняет.

— В стаю конечно.

Без вариантов, к минарам она больше не вернется, пусть даже и не мечтает.

— А какая для меня разница? — замолкает будто, задумывается, но я то вижу, что просто проверяет мою выдержку, которая и так трещит по швам. — Передо мной предстает выбор. Быть игрушкой в твоих руках или рабыней в руках вожака этого клана. Какая дилемма.

Это даже не намек, а прямой посыл, что для нее нахождение здесь и в моем доме в лесу равносильные понятия. Она права, но оставлять ее здесь, чтобы каждый желающий забавлялся с ней каждую ночь не намерен. Она должна понимать, что ее ожидает в этом гостеприимном клане.

Скорее, она понимает и опять-таки специально провоцирует. Порой мне кажется, что инстинкт самосохранения у него подводит. Иначе зачем ей злит и так взбешенного мужчину.

— Хелена, не провоцируй, — предупреждаю приглушенным голосом. — Еще немного и ты пожалеешь о своих словах.

— Знаешь, что? Я о многом жалею и в первую очередь, что попалась в твои лапы волчонок.

Это ее волчонок сейчас бьет по хлеще кнута. Когда зверь спит, а я не могу ему помочь звучит, как издевательство над самым дорогим, что есть у каждого оборотня. Делаю шаг в ее сторону, а ведьма, поняв свою оплошность меняется в лице.

Она чутко чувствует грань, когда лучше замолчать.

— Послушай, даже если мы выберемся, то не покинем этих тел. Я не хочу прожить жизнь другого человека. Я прошу тебя, давай выполним поручение ведьм и отправимся обратно.

Сладко льет, даже просит.

А самое главное, что она не уточнила куда именно вернемся. Это маленькое упущение не скрывается от меня, но в действительности она права. Сделаем, то ради чего нас закинули сюда и вернем свои жизни.

— Тебе сказали, как этот артефакт выглядит?

— Медальон. Скорее всего, вожак носит его на шеи не снимая. Если он совсем глуп, то он хранится в его доме, но вряд ли меня выпустят наружу. Видя все воспоминания Лимек за время заточения, она была только в пещерах, а кины живут в домах наверху. Морад тебя проведут наверх завтра утром, попробуй разузнать, хотя бы где находится его дом, а я попробую поспрашивать аккуратно других женщин. Помимо охраны за нами присматривает женщина. Она явно местная, возможно получится напроситься в услужение к вожаку.

В услужение?

Воображение сразу подкидывает варианты этого самого услужения и ревность поднимает свою голову. Нет уж, лучше сам буду рисковать, чем позволю, чтобы к моей паре прикоснулся посторонний мужчина. Пусть то что мы истинные осознал не сразу, но теперь я это четко знаю, а вот Хелене не обязательно быть осведомленной на этот счет.

Вкладывать ей в руки такой рычаг давления не собираюсь.

— Никакого услужения. Завтра попробую узнать все сам.

— Лучше, чтобы мы действовали одновременно…

Она пытается еще что-то сказать или привести доводы в пользу своего услужения, но слушать их не намерен. Сокращаю расстояние и впиваюсь в ее губы. Жестко с напором, чтобы не было возможности отпрянуть или отказать.

Только так. Сила и власть.

Мое главенство и ее подчинение.

Хелена пытается первые минуты противостоять, чувствую ее ладони на своей груди, но вскоре, как это бывало немало, раз ранее сдается. Маниакальная потребность быть постоянно рядом возникает не только у оборотня, но и у его пары. Пусть она сопротивляется, пусть отгораживается, но силой ее никогда не брал.

Легкое сопротивление скорее для формы и капитуляция. Вот и сейчас почувствовав, как ее юркий язычок воюет с моим, упиваюсь ее отзывчивостью. Опьянен ее страстью. Что бы она не выкрикивала, но наслаждение получаем одинаковое.

После привычных сопротивлений подминаю ее под себя, а после крепко обнимаю за талию лежа на лежанке.