Читаем Одержимость полностью

Во время ленча она понеслась на Кингз-роуд, купила себе костюм цвета электрик, потом рванула к Питеру Джонсу за темно-красной губной помадой от Диора.

И все же Кори не была уверена, что выглядит как надо. Может, лицо слишком бледное, а помада чересчур яркая? Веснушки почти не заметны. Правда, на сей раз она производит впечатление более утонченной девушки, чем обычно, несмотря на то что костюм оказался слегка тесноват.

Люк послал за ней такси, сам же ждал в ресторане. Заказал аперитив, они немного поболтали о Ти-ви-дабл-ю. Кори, казалось, не замечала любопытных взглядов, оставила без внимания даже назойливых почитательниц Люка, подскочивших за автографом. Она просто сидела рядом и едва не лопалась от гордости. Потом заказала спагетти.

— Просто ничего более оригинального в голову не пришло, — оправдывалась она, нервно оправляя костюм.

Люк со смехом предложил ей телятины из своей тарелки, а Кори протянула ему спагетти. От души развлекаясь, он подался вперед, чтобы она покормила его с вилки. Но макаронина соскользнула сначала на край его тарелки, а оттуда — прямо на колени.

— Ой, ну что же, теперь вы, конечно, хотите, чтобы я отправилась домой! — воскликнула Кори.

Люк просто зашелся от хохота и не мог произнести ни слова. В конце концов он предложил выпить за нее.

— Домой? Ни в коем случае! У нас еще десерт.

— Ну уж нет. Очень надо тащить на себе не только спагетти, но и шоколадный мусс, — возразила Кори. — Ешьте свой десерт, я еще немного выпью, а потом отправлюсь домой и залью свою неуклюжесть тем, что у меня осталось с прошлой пятницы. Из-за вас, укравшего моих гостей.

Она сама себе удивлялась: говорила и не могла остановиться, но Люк явно веселился, и это возбуждало ее. Она даже объявила, что вполне способна отмочить такое… И для примера рассказала про одну посетительницу их магазина в Эмберсайде, собравшуюся на бал.

— Я сама своим ушам не поверила, когда услышала свои собственные слова о том, что ненароком могу воткнуть иголку ей в жопу. Ой, надо было видеть ее лицо! Я, конечно, от стыда готова была провалиться на месте.

Люк снова расхохотался. Но совсем другое заставило Кори на следующее утро вспыхнуть от смущения.

— Знаете, Люк, — она уперлась подбородком в бокал, — вы просто умалишенный.

— Ты хотела сказать — умопомрачительный? — поправил он. — Похоже, ты наслушалась Аннализу. Ладно, как бы там ни было, расскажи лучше о том, где росла, о Эмберсайде. Где это?

Смысл оговорки еще не дошел до Кори, и она счастливо защебетала, ни секунды не сомневаясь в том, что ему интересно.

— Между прочим, — она наконец опомнилась, поняв, что трещит без умолку уже несколько часов кряду, — моя мама умерла пять месяцев назад, после этого я и поехала в Лондон. А вы где росли?

Люк огляделся, и Кори только сейчас заметила, что официанты уже переворачивают стулья. Помрачнев, Кори повернулась к Люку.

— Ничего, я подвезу тебя, — засмеялся он, — а если хорошенько попросишь, может, даже зайду и помогу допить вино, которое киснет у тебя из-за меня с прошлой недели.

Уже на Кингз-роуд в машине зазвонил телефон, и Люку пришлось ехать за какой-то контрамаркой.

Кори, подавив разочарование, понеслась к себе, горя желанием позвонить Поле. И только взявшись за трубку, поняла, что уже глубокая ночь.

Наутро пришло мучительное похмелье.

— Ой, я хочу умереть, — говорила она Поле. — Боже, как подумаю, что я несла… Я же несколько часов подряд не закрывала рта, молола ему про Эмберсайд, старалась быть раскованной, свободной и знаешь, что ляпнула? Что он умалишенный вместо умопомрачительный. Представляешь? О Пола, как же мне теперь в глаза ему смотреть?

— Ты найдешься, не сомневаюсь, — засмеялась в ответ Пола.

Но Люк сам разрешил все проблемы. В офисе, попросив Эйлин, одну из своих секретарш, заказать ему машину на завтра, чтобы поехать в аэропорт, он тут же спросил у Кори, какие у нее планы на вечер.

Покраснев до кончиков ушей, Кори сказала, что сегодня свободна. И лишь когда Люк окинул взглядом комнату, стало ясно, что он нарочно сделал это.

Люк приехал за ней вечером, Кори очень волновалась. Ему понравилось у нее, и он захотел остаться и выпить.

— У меня и еды полно, — горячо откликнулась она. — Впрочем, конечно, если вы хотите куда-то выйти…

— Меня вполне устраивает, — Люк удобно развалился на диване.

Кори не в силах была скрыть своей радости: сам Люк Фитцпатрик — ее первый настоящий гость.

— Может, хотите что-нибудь послушать? — она указала на музыкальный центр. — А я пойду на кухню.

— А наверху твоя спальня? — Люк бросил взгляд в сторону галереи.

Кори молча кивнула и залилась краской.

Через пять минут она вернулась с орехами, оливками, чипсами и двумя бокалами. Люк все так же восседал на диване, слушая диск Фила Коллинза.