Читаем Ода одуванчику полностью

Бывали дни безмыслия, июльна цыпочках заглядывал с балкона,и проникал, чуть оживляя, тюль,и к изголовью свет струил наклонно.Бывали дни – не верил, что умру,когда нас ночь на даче заставала,и сад сиял, и больше никому,нигде и никогда не предстоялане только ты, но эта полнота,утишившая время до приметы.Я и теперь не верю, хоть онаизнемогла, распавшись на предметы.Я и теперь не верю, но слабей.Скажи: волна уходит, оставляявоспоминанья в линзах пузырей,один пузырь с другим сопоставляя…Но человек, склонённый над столом,не слышит, как стучит металлоломи мёртвые клешни передвигает,он времени волну одолевает,и всё его живое существовтройне одарено одним мгновеньем:июльским днём, бессмертным помышленьеми точным воплощением его.

«Вот…»

                                      Вот                              и Нила разлив,                        крокодильского Нила,                   крокодильского Нила разлив.                             На окраине Фивночь слезы, говоришь? Как ты плачешь, Исида, красиво,                             очи полузакрыв.                                       Ты                           прекрасна, ты миф,                           одаряющий щедро                      благодарные полосы нив.                          Но поблизости Фив  мне к отплытью готовиться в барке ливанского кедра,                       слышишь арфы призыв?                                       Не                             дожив до войны                          (слава богу Амону!),                    пару лет не дожив до войны,                           я загробной страны         дуновению внял и поддался холодному гону                          той змеиной волны,                                      той                            волны, исподволь                         абиссинскою кровью                   гор увитой… Но так не неволь,                           распусти мою боль,  мой клубок жизнелюбия, крови, прокорма, здоровья,                           и не сыпь эту соль!                                       И                           бескрайний песок,                          и просторы не эти ль                    я любил, но не мог, но не мог                         тебе верить, мой бог…  Моё сердце, пишу, не восстань на меня как свидетель                          по ту сторону строк.

«Я тоже проходил сквозь этот страх…»

Я тоже проходил сквозь этот страх —                раскрыв глаза,       раскрыв глаза впотьмах, — всех внутренностей, выгоравших за                  единый миг,  и становился как пустой тростник,              пустой насквозь,             пустее всех пустых,  от пальцев ног и до корней волос,                  я падал в ад,точней – во тьму, иль в вашу Тиамат,                   не находя,            где финиковый сад,    где друг умерший, где моё дитя,               где солнца жар,  где ты, спускающийся в Сеннаар,                   где та река             и где над нею пар,  где выдохнутый вон из тростника                  летучий дар.    Я этим жил на протяженье лет,                 тех лет моих,            которых больше нет ни среди мёртвых, ни среди живых,                   я извлекал звук из секунд, попав под их обвал,                   благодаря               тому, что умирал   прижизненно, а зря или не зря —                поди измерь…    Не так твоими мускулами зверь                 зажатый пел,            как я, скажи теперь?     Не песней ли и ты перетерпел               ночной кошмар,ты, с гор спускающийся в Сеннаар?              Смотри – река,         смотри – над нею пар, как выдохнутый вон из тростника                 летучий дар!1973–1980 гг.

Из цикла «шум земли»

«Потому что я смертен…»

Перейти на страницу:

Похожие книги

Заберу тебя себе
Заберу тебя себе

— Раздевайся. Хочу посмотреть, как ты это делаешь для меня, — произносит полушепотом. Таким чарующим, что отказать мужчине просто невозможно.И я не отказываю, хотя, честно говоря, надеялась, что мой избранник всё сделает сам. Но увы. Он будто поставил себе цель — максимально усложнить мне и без того непростую ночь.Мы с ним из разных миров. Видим друг друга в первый и последний раз в жизни. Я для него просто девушка на ночь. Он для меня — единственное спасение от мерзких планов моего отца на моё будущее.Так я думала, когда покидала ночной клуб с незнакомцем. Однако я и представить не могла, что после всего одной ночи он украдёт моё сердце и заберёт меня себе.Вторая книга — «Подчиню тебя себе» — в работе.

Дарья Белова , Инна Разина , Мэри Влад , Тори Майрон , Олли Серж

Современные любовные романы / Эротическая литература / Проза / Современная проза / Романы
Дом учителя
Дом учителя

Мирно и спокойно текла жизнь сестер Синельниковых, гостеприимных и приветливых хозяек районного Дома учителя, расположенного на окраине небольшого городка где-то на границе Московской и Смоленской областей. Но вот грянула война, подошла осень 1941 года. Враг рвется к столице нашей Родины — Москве, и городок становится местом ожесточенных осенне-зимних боев 1941–1942 годов.Герои книги — солдаты и командиры Красной Армии, учителя и школьники, партизаны — люди разных возрастов и профессий, сплотившиеся в едином патриотическом порыве. Большое место в романе занимает тема братства трудящихся разных стран в борьбе за будущее человечества.

Наталья Владимировна Нестерова , Георгий Сергеевич Берёзко , Георгий Сергеевич Березко , Наталья Нестерова

Проза / Проза о войне / Советская классическая проза / Современная русская и зарубежная проза / Военная проза / Легкая проза