Читаем Очкарик полностью

— В вашей сумке были и патроны, подходящие к этой модели. Симпатичная безделушка. На патронах есть отпечатки.

Саша не прокомментировала комплимент. Она знала, что у нее проблемы, но оказалось, что это лишь вершина айсберга.

— Мои, — подтвердила она. — Можете даже не отдавать на экспертизу.

Она напряженно ждала продолжения. Ей было уже все равно. Тем временем Романовская встала, готовая выйти. Саша удивилась. Этот допрос был поверхностным и непродолжительным, как будто комендант хотела лишь слегка прощупать ее.

— Пока это все. Спасибо.

— Это означает, что я могу вернуться домой?

— Из больницы вас вряд ли сегодня выпишут. Но даже если так случится, то у нас есть ваши данные. Подполковник Духновский подтвердил все документы. У меня нет замечаний. Он заверил нас, что не позже чем завтра утром приедет, чтобы отвезти вас домой.

— Вы сообщили ему? Он знает все?

Романовская кивнула и милостиво улыбнулась.

— Не обо всем. Только о документах и пистолете. Это он попросил меня об этом одолжении.

Она огляделась по сторонам, но даже коридор был пустынным. Положила на тумбочку конверт из серой бумаги. Когда металл коснулся столешницы, послышался тихий стук, а потом звук пересыпающихся патронов.

— Лучше будет, если вы это хорошенько спрячете. Бумаги я не уничтожила. Пока.

В этот момент Саша поняла, что в лице Романовской она приобрела союзника. Вроде как коменданту профайлер тоже понравилась, но она, конечно, не могла показать это официально.

— То, что вы ездили без документов, я тоже утаила, — сказала она. — И не начала следствие по делу «беретты», хотя должна была, так как из нее было сделано три выстрела.

— Три? — удивилась Саша. Задумалась, а потом добавила: — Я зарядила только два патрона. Больше не смогла найти в сумке.

— Вы уверены?

— Абсолютно.

Комендант какое-то время переваривала информацию. Тишину прервала Саша:

— Почему они оставили пистолет?

— Я тоже думаю над этим, — призналась Романовская. — Посмотрим, что покажет экспертиза автомобиля. Ваша машина пока остается у нас. Техники работают. Если у людей из областного управления возникнут сомнения, я попробую потянуть время.

— А что с пистолетом? Было три выстрела. Как это будет выглядеть в деле?

— Баллист исследовал пистолет. Предварительная экспертиза готова, — сказала Кристина. — Пока мы написали, что орудие преступления не найдено. Ради вашего спокойствия. Надеюсь, что ваши намерения были чисты.

— Я ваш большой должник.

Романовская кивнула. Посмотрела на часы.

— Я тоже так думаю. Но в случае поворота в следствии, у меня есть на вас компромат, — рассмеялась она, но Саша почувствовала, что шутка была подшита шантажом. Она не стала комментировать, почувствовав облегчение и легкое беспокойство. Тем временем Романовская продолжала: — И, хоть мне очень жаль, но я очень рада, что именно вы являетесь свидетелем по этому делу.

— Я, увы, не могу разделить вашего энтузиазма, — пробормотала Саша и взглянула на Романовскую, которая опять приняла официальный вид. — Почему вы мне помогаете?

Пани комендант слегка напряглась, словно была не готова к вопросу, заданному в такой форме. Сначала она хотела сказать, что им требуется ее помощь, профайл, но передумала. Пока она не могла в этом признаться.

— Всему свое время, — ответила она. — Жаль, что визит в наш город запомнится вам таким скандальным.

Саша правильно почувствовала, что Романовская ушла от ответа. Она попыталась улыбнуться. Губу засаднило.

— Я тоже сожалею. В случае чего, я к вашим услугам, — предложила Залусская. — Бесплатно.

Романовская посмотрела на портрет, который набросал Супричинский, и недовольно чмокнула. Никто не узнает преступника, совершенно точно. Опять похищение-висяк. Так же, как много лет назад, когда она начинала работу в полиции.

— Я запомню, — как будто нехотя бросила она. — Позаботьтесь о себе, пожалуйста. Вижу, что неприятности вас любят.

— Что-то в этом есть.

Пани комендант опять что-то записала в служебном блокноте, потом вырвала листок и положила на тумбочку у Сашиной кровати.

— Лукас Поляк, пациент директора Сачко, которого вы разыскиваете, живет по этому адресу. — Она задержалась в дверях. — А этот номер — мой личный мобильный. Если в следующий раз попадете в переплет, то, пожалуйста, сразу приходите ко мне.

— Переплет? — повторила профайлер.

— В случае неприятностей, женщина с женщиной всегда договорится. К тому же вы избавите нас от заполнения кучи документов, а потом уничтожения их. — Романовская направилась к выходу.

Профайлер взглянула на листок. Третьего Мая, 18/4. Она проезжала по этой улице несколько раз. Саша почувствовала, как напряжение потихоньку начинает отпускать. Схватив телефон, набрала номер матери.

— Бабушка сейчас не может подойти, позвоните позже, — услышала она голос Каролины на автоответчике.

Упав на подушку, Саша смяла ценный клочок бумаги до размера небольшого шарика и бросила в тумбочку. Через несколько минут она уже спала.

* * *