Читаем Очерки истории алан полностью

Наметив западную, восточную и южную (по Кавказскому хребту в междуречье Терека и Большой Лабы) границы Алании, мы должны признать, что наиболее неуловимой является северная граница. Я полагаю, что этим естественно-географическим рубежом мы можем считать р. Терек в ее среднем (от излучины в районе г. Майский) и нижнем течении, где возвышенный правый берег укреплён системой земляных крепостей — городищ Хамидие, Терское, Нижний Джулат, Курпское, Раздольненское, Виноградное, Киевское, Октябрьское, Гвардейское, Алхан-кала и др. К северо-западу от излучины Терека пограничный рубеж, представленный аланскими городищами (28, с. 289) и катакомбными могильниками, обследованными в последние годы, ставропольским археологом А. Б. Белинским (не опубликованы), намечается по долине р. Кумы. Проработанная мной в свое время керамика городищ этого района, хранящаяся в фондах Пятигорского музея краеведения, типично аланская. Севернее и северо-западнее — цепи прикумских городищ, на Ставропольской возвышенности примерно с VI–VII вв. господствовали племена с другой культурой, типа болгарского варианта салтово-маяцкой культуры. Эти земли аланскими не были.

Северная граница Алании была наиболее неустойчивой, опасной и проницаемой, особенно на отрезке между излучинами Терека и Кубани. Падение системы прикумских городищ открывало северным кочевникам путь в густонаселенный район Кавказских минеральных вод, что и происходило в действительности: в начале VIII в. большая группа тюрок-болгар прорвалась со Ставропольской возвышенности на юг, в район Пятигорья, Кисловодска и вышла отсюда на правый берег Верхней Кубани и в западную часть нынешней Кабардино-Балкарии. Аланское население было оттеснено или ассимилировано, западная группа алан, живших между Кубанью и Большой Лабой, оказалась на длительное время изолированной от восточных сородичей. Внедрение массы тюрок в глубь Алании и этническое смешение их с аланами положило начало процессу этногенеза балкарцев и карачаевцев.

На этой обширной территории, получившей в литературе наименование «Алания», жило многочисленное и неоднородное в этноязыковом отношении население. Судя по названию самой страны, доминирующим слоем был аланский, сформировавшийся на основе включения разновременных ираноязычных этнических элементов в аборигенную среду и процесса их этнокультурной интеграции и ассимиляции. Сам по себе аланский этнический массив также был неоднороден: мы уже говорили о том, что в новом списке «Армянской географии» указаны ас-дигоры и собственно аланы, в которых соответственно можно видеть прямых предков современных дигорцев и иронцев (30, с. 55–56, 61–65). По более позднему свидетельству Ибн-Русте (X в.), аланы состояли из четырех племен, главным из коих было племя Д. хсас.

Археологически аланское население представлено — насколько об этом можно судить в настоящее время — массой равнинно-предгорных городищ и поселений, укрепленных могучими рвами, глинобитными стенами (например, городища Зилгинское, Октябрьское, Терское, Киевское, Заманкульское, «Каууат», Верхний Джулат, Змейское, Дур-Дурская система городищ в СО ССР, Теркское, Хамидие, Нижний Джулат, Аргудан, Старый Лескен, Баксанская группа в КБ ССР, Гвардейское, Сурхохи и Алхан-Кала в ЧИ ССР), имеющими мощные культурные напластования с первых веков н. э. и связанные с этими городищами и поселениями катакомбными могильниками (например, Байтал-Чапкан, Рим-гора, Хасаут, Песчанка, Нижний Джулат, Змейская, Зилги, Брут, Беслан. Орджоникидзе. Чми, Балта, Кобан, Архон, Верхний Алкун, Сурхохи, Алхан-Кала, Мартанчу), также имеющими длительное функционирование (16, с. 123–131; 31, с. 60–73). Несмотря на возражения М. П. Абрамовой (32, с. 81–82), именно эти памятники мы считаем аланскими. Кроме прочих аргументов в пользу такой этнической атрибуции здесь следует указать на то, что все известные раннесредневековые катакомбные могильники Северного Кавказа укладываются в географические рамки Алании, намеченные выше по письменным источникам.

Судя по массе столь крупных и длительно функционирующих археологических памятников, аланское население Центрального Кавказа I — начала II тыс. было оседло-земледельческим и плотным. В настоящее время в результате раскопок Зилгинского городища И. А. Аржанцевой создается впечатление, что массовое освоение аланами равнинно-предгорной полосы Центрального Кавказа началось и активно протекало со II–III вв. н. э., когда строятся эти городища со рвами шириной до 40 м и до 10 м глубиной. Подобные земляные работы требовали массы рабочих рук, и они находились.