Читаем Очень современная повесть полностью

Сама по себе ситуация, при которой дураку нельзя сказать открыто, что он дурак (засудит!), - и потому он становится важнейшей фигурой в культурной жизни - унизительна и позорна для нашего общества. Позорно и патологично, когда такой фигурой становится лицо, облеченное властью или владеющее большим капиталом, - но это лишь частный случай общего неравноправия в классовых обществах. Но когда такое происходит с человеком, не имеющим ни власти, ни капитала - это уже показатель нравственной ущербности общества. Такое бывает лишь в обществе посредственностей.

Как, в конце концов, если не национальным позором, можно назвать ситуацию, в которой столпом литературно-художественного авангарда провозглашается Пригов, который "на полном серьезе" объясняет всем и каждому, что его "проект" по написанию 2000 стихотворений к 2000 году (так что приходится печь стихи как грибы - иногда больше чем по десятку в день) - это "концептуальный акт"?! А сами "стихи", напеченные таким образом, оказываются, представьте себе, "предметами искусства" (уже потому, что они есть) - и их изучением и толкованием должны (!) заниматься литературоведы и искусствоведы, специалисты по авангарду, культурологи и даже обществоведы. А издатели, само собой, должны их печатать. А журналисты рассказывать об этом "творческом подвиге" и брать у Пригова интервью. И что удивительно - изучают*, толкуют, издают. И журналисты, дураки, пропагандируют и берут интервью.

Знаменитый наш поэт-концептуалист Дмитрий Пригов даже не понимает, конечно, что его "проект" является образцово-показательной иллюстрацией ставшего уже хрестоматийным вывода Джилло Дорфлесса** о том, что "масскульт" характерен именно культивированием явлений и продуктов, имеющих внешние признаки искусства, но на самом деле являющихся его преднамеренной фальсификацией. (То, что Пригов преднамеренно фальсифицирует, не подлежит сомнению: он знает, конечно, как и всякий человек, учившийся хотя бы в средней школе, что по десять гениальных стихов в день писать невозможно, а бездарное произведение искусства - это не произведение искусства вовсе, а именно подделка.)

...

* * *

В истории не раз бывало, что одна цивилизация - более агрессивная уничтожала другую. И не раз бывало, что более примитивная разрушала более развитую ("пришествие варваров"

- так это обычно называется). Если атакуемая цивилизация оказывалась неспособной выработать идеологию системного сопротивления - она гибла (как погибли цивилизации ацтеков и инков), если же она создавала такую идеологию - она оказывалась в состоянии выстоять, а затем и победить (как выстояла и победила англичан Индия, как выстояла и победила Орду Русь, как выстоял и победил - переварив захватчиков-манчжуров - Китай).

Но, поскольку внешней стороной этого культурно-цивилизационного конфликта будет выступать конфликт национально-культурный, оседлать дело создания движения сопротивления, национально-освободительного движения могут и шовинисты (фашисты), и сталинисты (маоисты, ходжаисты), и православные (исламские) фундаменталисты.

Они тоже способны победить - но это будет крахом российской культуры как культуры - наследницы европейской классической традиции.

И потому - чем больше "демократических"

интеллигентов прозреет и "перебежит" в стан сторонников этого национально-освободительного движения - тем лучше для будущих судеб России.

А своей повестью Арбатова именно, как любили говорить во времена советского агитпропа, "льет воду на мельницу" этого будущего национально-освободительного движения. Может быть, и не желает того, но льет. Так что повесть ее - очень своевременная повесть, как сказал бы Владимир Ильич Ленин.

3 июня - 15 ноября 1996

*В частной беседе, кому это ни скажешь - все соглашаются. Но писать об этом публично не принято. Одни связаны корпоративными интересами, другие страхом, боязнью прослыть "бешеным" и оказаться объектом травли. Так фарисейская, ханжеская мораль давит и душит правду. Так при формально существующей свободе печати на практике уничтожается свобода печати. Вот это и есть репрессивная толерантность в действии.

* Фраза, много говорящая о самой Арбатовой. Вообще-то "Опыты" Монтеня состоят из 3 (трех) книг (а не томов) - и в таком виде и были изданы в "Литпамятниках" в 50-е годы. Но в 1981 году Монтеня в "Литпамятниках" переиздали, слив в один том две первые книги, - и действительно, получился двухтомник.

Почему-то обладание именно этим двухтомником в интеллигентско-мещанской среде времен "позднего застоя" было вопросом престижа (подобно обладанию "Чукоккалой" или худлитовским изданием трех романов Булгакова). Говоря иначе, своей фразой о Монтене Арбатова не только отгораживалась от всех наивных и благородных попыток вытащить ее из болота убогого самолюбования и вовлечь в какую-нибудь общественную (читай: оппозиционную советской власти)

деятельность, но и презрительно давала понять окружающим: "У вас нет двухтомника Монтеня, а у меня - есть!"