О. Мочалова

Обучающая арт-терапия

Предисловие

Душевнобольные люди… В отличие от нас «душевно здоровых». Умственно неполноценные… Дураки. В отличие от нас – умных и вполне ценных. Границы призрачны и нет гарантий, что однажды ты ее не пересечешь. Ни у кого нет: ни у них, ни у нас. Мы предполагаем жить в счастии и здравии – всегда, они – нести свой крест одиночества, потому что другие, и тоже – всегда. Не надо зарекаться. Нет ни «мы», ни «они». Есть только люди – без границ. Я – не психотерапевт, я – художник. Я учу рисовать, лечат – врачи. Но вместе мы делаем одно и то же дело – помогаем поверить в себя, поверить в отсутствие границ. За десять лет работы по программе обучающей арт-терапии занималось более 200 человек. Это те пациенты, которым врач рекомендовал посещать занятия в комплексе с основным методом лечения. 100 – занимались особенно увлеченно, иногда даже после того, как курс лечения завершался. 10 – избрали творческие профессии (художник, прикладник, визажист, дизайнер и т. п.), окончили ВУЗы и училища, работают, участвуют в выставках. Живут, а не выживают. Многие, оставив рисунок своим «хобби», выбрали другие профессии.

Кому-то все может показаться ерундой: «Жалкие 10 человек за целых 10 лет!» Но я пишу о сложных больных с тяжелыми диагнозами, инвалидах первой и второй групп, об изгоях, которым общество оставило возможность лишь есть, пить и «радоваться, что помидор – красный». Счастье обретения жизни в социуме в данном случае не меряется процентами. Уникальна и бесценна каждая победа.

Эта книга – не акт самолюбования. Есть метод – обучающая арт-терапия, есть методики-программы, есть сторонники и противники, но есть и результаты. Методики я постаралась изложить максимально доходчиво, так, чтобы, обладая элементарными навыками в рисунке (графике), ими мог воспользоваться любой желающий: больной и здоровый, врач и художник, взрослые и подростки. Цели вариативны: от желания научиться рисовать (основная масса современных самоучителей рассчитана все же на подготовленного читателя), попытки лучше узнать себя

до использования в терапевтическом процессе. Арт-терапия сейчас достаточно популярна и, возможно, издание окажется для Вас полезным.

Введение в теорию и практику обучающей арт-терапии

Арт-терапия – одна из составляющих более широкой категории – терапии искусством. В мировой практике известны различные формы этого метода, достаточно широко освещенные в средствах массовой информации. Более того, сама арт-терапия включает в себя ряд видов (изотерапия, визуальная, медитативное рисование, мультимедийная) давно и успешно зарекомендовавших себя на практике. Что же нового несет в себе «обучающая арт-терапия»? Основное отличие в методологическом принципе: терапии обучением искусству; в профессиональном обучении: занятия проводит профессиональный художник, а состояние больного в период арт-курса контролируется врачом – психотерапевтом. Такое «разделение труда» предполагает более динамичный, углубленный и творческий учебно-лечебный процесс, следствием которого являются более эффективные результаты. Собственно интеграцией этих двух направлений арт-терапии (социального и медицинского) обучающая арт-терапия и выделяется из традиционной терапии занятостью.

Впервые данный метод был апробирован в Московском институте маскотерапии под руководством кандидата психологических наук, почетного доктора Института майевтики в Лозанне, врача-психиатра Назлояна Г. М. в 1994 году. Сразу выделю три позиции, обосновывающие необходимость применения занятий обучающей арт-терапией в процессе курса лечения:

1. Помощь основному методу лечения.

2. Возможность обретения больным профессии в процессе курса лечения.

3. Усиленный развивающий метод.

Рассмотрим вспомогательную роль обучающей арт-терапии непосредственно в контексте работы института маскотерапии. Основная часть пациентов проходит курс портретной терапии, многие занимаются автопортретом. И в том, и в другом случае больные начинают по-новому осознавать себя, вдумываться и ощущать свое «Я». В этот момент как никогда кстати оказываются занятия обучающей арт-терапией, вплотную затрагивающие эмоциональную, личностную, духовную сферу жизни человека. Они помогают быстрее и полнее раскрыться душе больного, пойти на контакт с окружающим миром, частично облегчая работу врача и пациента над портретом. Кроме того, технические навыки, полученные обучающимися при прорисовке гипсовых слепков античных фигур (в частности голов и элементов лица) оказывают существенную поддержку пациенту, приступающему к автопортрету. Больной уже не чувствует себя безнадежно неумелым и незнающим перед бесформенным куском пластилина, из которого ему предстоит вылепить самого себя.