Читаем Обсидиановый пепел полностью

Вдруг открылись старые раны, кровь кипящими потоками полилась на землю и загорелась, едва коснувшись травы. Загорелись ладони, огонь пополз к плечам. Ферфакс растворялся в собственной магии, его тело теряло очертания, превращаясь в несущий смерть огонь.

Ферфакс забыл все, у него осталась одна цель — убивать, потому что он видгар, это его предназначение. И убивать нужно всех, каждого, жечь, превращать в пепел.

Те немногие симфы, которые присоединились к бою, с ужасом наблюдали, как их недавние союзники, один за другим превращаются в очаги живого бешенного разрушительного огня и как этот огонь катиться к ним самим, сжигая все на своем пути.

Ровад так же поддался магии абсолютно черного меча. Давно заблокированная магия войны и крови сломала печать, поставленную отцом, вырываясь ярким пламенем наружу. Дикое желание убивать ломало волю. Принц рычал, стонал, боролся с собственной натурой. Открывались раны, лопались сосуды. Машинально он обратился к внутреннему источнику, сильнейшей защите симфов — магии отражения. Энергия от солнечного сплетения прошлась волной по телу, сбивая пламя, загоняя глубоко внутрь агрессию. Ровад пришел в себя.

Вокруг горела земля. Ближайший факел, в который превратился кто-то из видгаров, бросился на принца. Ровад закрылся магией отражения и начал отступать. Он уже практически добрался до отца и симфов, отбиваясь от бывших союзников магией отражения, но внезапно его поглотил огонь. Будто взял в объятия кокон сияющей магии отражения, которой накрылся принц. Огонь бушевал вокруг. Сбил с ног. Единым клубком стихий они качались по траве, пытаясь подавить сопротивление друг друга. И вдруг Ровад увидел в сполохах пламени знакомое лицо, от растерянности он сдался, ослабил сопротивление, магия отражения пала и горячий кипящий огонь ворвался в кокон, сжигая его плоть.

— Дядя, нет! — пронесся незаметный среди общих криков и стонов вой, погибающего сына короля симфов. Последняя взрывная вспышка магии отражения в смертельной агонии вырвалась из Ровада. Но её было достаточно, чтобы потушить пламя сошедшего с ума видгара.