Читаем Обсидиановый пепел полностью

Вард влетел в собственные покои, так резко распахнув дверь, что та с грохотом ударилась об стену. Вместе с ним в комнату ворвался воздушный вихрь, заставляя взлететь шторы и полог кровати, и разметав свитки на столе магистра.

Магда, которая до того момента нервно вышагивала по комнате, резко остановилась и повернулась к нему. В ярости, глаза сверкают, ноздри раздуваются. Конечно, он был груб, когда позвал стражу и приказал запереть ее в своих покоях, а если будет сопротивляться — отвести силой.

Но эта демоница заслужила! Бездна и все ее демоны! Она вывернула мозги его вассалу самой подлой магией в их мире. Вард знал, что магия искушения появилась благодаря его предкам. Но для хилфлайгонов в ней была жизненная необходимость, так как раса вырождалась, а детей целители неба могли зачать, только при наличии сильных взаимных чувств. А так как влюблялись хилфлайгоны один раз на всю жизнь и не всегда взаимно, то приходилось воздействовать на себя магией. На себя, а не на окружающих. Хотя, конечно, и среди представителей его расы встречались беспринципные представители. Как раз они-то и экспериментировали на людях. И потомки подопытных стали обладать в итоге очень редким и подлым даром.

— Как ты посмела?! — заорал Вард с порога, понимая что вот она грань и он только что ее перешагнул.

И этой заразе лучше помалкивать и не раздражать его еще сильнее. Но Магда и «молчать» — это несовместимые понятия. Она еще и в драку полезет, с нее станется.

— Это ты как посмел?! — заорала она в ответ. — Унизил меня перед твоими лордами.

— Я унизил?! — лекарь чуть не задохнулся от возмущения. — Я запретил тебе там появляться! А ты наплевала на мои слова!

— А почему запретил?! Сдать меня хочешь Домерку?!

Боги! Он даже дар речи на время потерял. Как она вообще могла такое подумать? После всего, что он сделал для этой неблагодарной и продолжает делать. Да он войну из-за нее собирался начать. В ее защиту. Заныло, скрутило внутри. Лопатки взорвало болью.

— Что смотришь?! Я угадала?! — не унималась Магда.

— Ты дура, да? — он больше не кричал, его гнев перешел в другую стадию.

Только по совсем карим глазам и нахмуренным бровям можно было понять насколько зол целитель.

— Я даже обсуждать не буду это дурацкое предположение, — процедил Вард сквозь зубы. — Давно понял, что ты неблагодарная беспринципная дрянь. А я еще сомневался в словах Марка. Ты свела с ума магией искушения ни в чем неповинного человека из-за того, что на тебя нашла блажь попасть на совет!

Магда только презрительно фыркнула.

— Я защищаю свою жизнь и буду пользоваться той магией, которая у меня осталась, — дерзко ответила она. — И не собираюсь спрашивать у кого-то разрешения, когда решаются вопросы моей безопасности.

Высокомерно вскинула голову и посмотрела прямо в глаза. Ни капли раскаяния или сожаления. Боги! Да она же считает, что ничего особенного не сделала. В тот момент Вард понял, что не спустит ей этого. Она должна понять, что нельзя так. Он ее проучит. Магда на всю жизнь запомнит, что нельзя травить окружающих магией искушения.

Молча, сдерживая кипящий внутри гнев и ярость, вышел хлопнув дверью. Пусть подумает. А ему нужно подготовиться.

Вард вернулся в собственные покои, когда Магда уже лежала в постели и обнимала себя руками. Целитель знал, что ей холодно. И знал, что не сможет оставить ее без помощи. Хотя на душе тяжело и больно от ее слов и ее поступка. Его гнев никуда не делся. Магда заслужила свое наказание. Но он прекрасно понимал, что после такого девушка может навсегда его возненавидеть.

Сомнения на миг одолели его. Но встретил в коридоре бесцельно бродящего влюбленного в нее по уши лорда, и желание наказать негодяйку возросло.

Вздохнул. Молча разделся, как всегда. Магда не шелохнулась и не смотрела на него. Закуталась в одеяло и дрожала.

Лекарь молча лег рядом и осторожно привлек ее к себе. Магда вздрогнула и подняла глаза, будто удивилась, что он пришел.

— Я же неблагодарная беспринципная дрянь, — едва слышно прошептала она.

— А я — хилфлайгон, что равнозначно слову "идиот" в некоторых случаях, — съязвил он.

Магда заерзала, устраиваясь в его объятиях.

— Вард, я… — она замялась.

Боги! Неужели будет извиняться? У него даже руки задрожали. И ведь он простит эту заразу, начнет сомневаться. Вард вздохнул.

— Что? — холодно спросил прижимающуюся к нему Магду.

— Ты прости меня, ладно, — едва слышно пробормотала она. — Я не должна была сомневаться в тебе. Просто, когда увидела письмо Домерка… Он же все сделает, чтобы достать меня. Я прекрасно понимаю, что твоему домену не нужна война. К тому же, — она замолчала, — из-за таких как я войн не начинают.

Защемило где-то внутри от сказанных с горечью слов. Против воли прижал ее крепче. Но сухо ответил:

— Ты слишком много о себе воображаешь. Даже для Домерка ты — всего лишь удобный предлог. Он давно собирался на нас напасть. На этом совете я и собирался доказать лордам, что это так. Но кто-то не дал мне этого сделать и вывел из строя одного из моих вассалов.

— Может ты и прав насчет Домерка, — вздохнула Магда.