Долговязый не ответил и скрылся в спальне. На окнах болтались полусорванные тяжелые коричневые портьеры. Посреди разгромленной комнаты стояла деревянная двуспальная кровать, на которой валялось скомканное коричневое покрывало и вспоротый матрац. Справа у стены высился старинный резной дубовый сервант, до основания раскуроченный Жориком. Все дверцы в нем были сорваны, задняя стенка отбита, а на полу валялась груда вещей — постельное белье, какая-то одежда, безделушки — и гора видеокассет.

«Да, Жорик не слишком ошибся, — подумал долговязый, — штук двести — двести пятьдесят, никак не меньше, знатная коллекция…»

Он взял наугад одну из кассет и увидел на ней написанные шариковой ручкой число и номер: 13.05.00 — 013АЧ. Он взял другую, валяющуюся рядом. Все то же самое — число и номер: 14.05.00 — 014АЧ. Бугор обвел комнату взглядом и заметил напротив кровати лежащую на полу видеодвойку «Панасоник». Он установил пластмассовый куб на вертящуюся стенную полку-кронштейн, подключил к розетке и вставил кассету. По загоревшемуся экрану сначала побежали черные и белые полосы, а потом появилось изображение.

Это был то ли кабак, то ли клуб. Вокруг стола мельтешили щеголевато одетые мужики в обнимку с красивыми, накрашенными телками в дорогих платьях. Телки лыбились, мужики похотливо лапали их за сиськи и задницы. Объектив видеокамеры вырвал из толпы высокого, статного мужчину с очень знакомым лицом. Он держал за руку стройную узкоглазую девку с колоссальными буферами, которые чуть не вываливались из-под тоненькой кофточки с низким вырезом. В следующем кадре — в просторной комнате с незастеленной кроватью — тот же самый мужик, совершенно голый, лежал на этой же сисяс-той телке и усердно двигал ягодицами, врезаясь в нее по самое не могу. Телка томно поглаживала его по спине, потом вскочила и, качнув обеими своими дынями, выпорхнула из койки. Мужик повернулся и сел на кровати. Видно, снимали скрытой камерой, потому как он явно не просекал, что глядит прямехонько в нацеленный объектив.

И тут Бугор вспомнил. И поначалу даже отказался поверить, что это он.

— Гребаный калач! — охнул у Бугра над ухом Жорик. — До чего же харя знакомая! Я его навроде по телеку видел…

— Ты че, Джокер? Совсем офигел, что ли? — отозвался Бугор, до шепота понизив голос. — Знаешь, кто это? Это же…

ЧАСТЬ I

Глава 1

Выкопанный из безымянной могилы на североуральском погосте стальной сейф Варяг распорядился погрузить в «газель» и немедленно, не дожидаясь рассвета, гнать в Екатеринбург. В уральской столице он мог переплавить обветшалый от времени антикварный общак Тимофея Беспалого в хрустящую свежую зелень или, на худой конец, деревянные рубли.

После дерзкого похищения неизвестными воровских денег из тайника на Никитиной Горе и с офшорных счетов банков Андорры, Лихтенштейна и Люксембурга Варягу позарез нужен был хоть какой-то капитал, чтобы начать поиски украденных миллиардов. Он понимал, что его расследование наверняка может затянуться на многие месяцы и потребует немалых трат. Поэтому откопанный им «клад» был как нельзя кстати. Направляясь в уральскую столицу, Варяг рассчитывал узнать реальную стоимость старинных ювелирных украшений, царских золотых червонцев и золотых слитков из «черной кассы» начальника колонии строгого режима. Навскидку содержимое сейфа Тимофея Беспалого можно было оценить в три-четыре миллиона баксов — это если иметь в виду только «брюлики» и «голды» досоветской работы, которые Варяг приметил в сверкающей груде драгоценностей.

Закопанные на кладбище много лет назад, они и сегодня представляли собой огромную ценность. Какую же силу воли нужно было иметь, чтобы жить в нищете рядом с такой суммой денег и даже не прикоснуться к ней! И впрямь Тимофей Беспалый был крепким орешком, истинный продуктом эпохи социализма — царство им небесное: и Беспалому, и социализму.

Найти в большом городе надежного барыгу было делом нехитрым — при условии, конечно, что на него выведут свои люди. А вот с этим у Варяга возникала закавыка.

Он знал, что смотрящий Уральского региона Стасик Рыбаков по кличке Рыба давно уже повернул свой хитрый нос в сторону Шоты Черноморского и даже если он лично и не принимал активного участия в ноябрьском похищении смотрящего России с большого сходняка, то уж, во всяком случае, точно отнесся к той предательской акции «с пониманием» и негласно поддержал инициативу Шоты. Так что полагаться на него сейчас было бы форменной глупостью. Значит, действовать следовало обходным путем, очень и очень осторожно.