Читаем Обрученные полностью

Настоятель с непринужденным смирением явился к брату убитого и, после бесчисленных изъявлений уважения к знаменитейшему дому и с выражением желания по мере сил и возможности угодить ему во всем, заговорил о раскаянии Лодовико и о его решении, причем деликатно намекнул, что родичи могли бы удовлетвориться всем этим, а затем, в словах очень мягких и еще более осторожных, дал понять, что такой исход, угодно это им или не угодно, является неизбежным. Брат убитого пришел в бешенство, а капуцин, пережидая, пока тот выдохнется, время от времени повторял: «Горе ваше так понятно». Хозяин дома намекал, что семья убитого так или иначе сумеет добиться удовлетворения, а капуцин, что бы он про себя ни думал, не возражал. В конце концов тот выдвинул определенное требование: убийца его брата должен немедленно покинуть город. Настоятель, который и сам уже решил сделать это, ответил, что так оно и будет, предоставив собеседнику, если ему угодно, видеть в этом проявление покорности. На этом все и кончилось. Все оказались удовлетворенными: и семья, с честью вышедшая из этого дела; и монастырская братия, отстоявшая человека и свои привилегии, не нажив при этом врага; и блюстители дворянского достоинства, свидетели столь похвального завершения дела; и народ, который радовался за хорошего человека, выпутавшегося из беды, и вместе с тем восхищался решением Лодовико постричься; и, наконец, удовлетворен был больше всех, при всей своей скорби, сам Лодовико, вступавший в новую жизнь, полную покаяния и служения, которая могла если не исправить, то хоть искупить содеянное зло и заглушить невыносимую боль угрызений совести. На минуту его огорчило подозрение, что решение его станут объяснять страхом, но он тут же утешился при мысли, что и это несправедливое суждение послужит ему карой и средством искупления. И вот, в тридцать лет, облекся он в рубище, и так как, согласно обычаю, ему приходилось отказаться от своего имени и принять новое, то он выбрал такое, которое постоянно напоминало бы ему то, что он должен был искупить, – он назвался фра Кристофоро.

Как только закончился обряд облачения в монашескую одежду, настоятель повелел ему отбывать искус в ***, за шестьдесят миль, и отправиться туда на другой же день. Послушник низко поклонился и попросил единственной милости: «Разрешите мне, падре, перед уходом из этого города, где я пролил кровь человеческую, где я оставляю семью, жестоко мною обиженную, по крайней мере снять с нее бесчестье, высказать мое сожаление о том, что я не в силах исправить содеянное, попросить прощения у брата убитого и, если Бог благословит мое намерение, снять с души его чувство обиды». Настоятелю показалось, что подобный шаг, уже сам по себе хороший, послужит к дальнейшему примирению семьи убитого с монастырем, – и он тут же отправился к обиженному синьору изложить просьбу фра Кристофоро. Услыхав столь неожиданное предложение, тот вместе с изумлением почувствовал новый прилив негодования, однако не без некоторого благожелательства. Подумав мгновение, он сказал: «Пускай придет завтра» – и назначил время. Настоятель вернулся, принеся послушнику желанное согласие.



Синьор сразу сообразил, что чем торжественнее и шумнее совершится вся эта церемония, тем больше возрастет его престиж в глазах родни и всего общества и получится (если выразиться с современной изысканностью) «яркая страница в истории семьи». Он поспешно оповестил всех родственников, чтобы они завтра в полдень соблаговолили (так говорили в то время) прибыть к нему для получения общего удовлетворения. В полдень во дворце теснились господа всякого пола и возраста: люди разгуливали взад и вперед, мелькали парадные плащи, длинные перья, висящие дурлинданы, плавно колыхались накрахмаленные плоеные воротники, влачились, путаясь шлейфами, пестрые мантии. В прихожих, во дворе и на улице – целый муравейник слуг, пажей, брави и любопытных. Фра Кристофоро, увидя весь этот парад, догадался о его причине и слегка смутился было, но тут же сказал себе: «Пусть так, я убил его на людях, в присутствии многочисленных врагов, за мое бесчестье – теперь расплата».

Перейти на страницу:

Все книги серии Мир приключений. Большие книги

Золотые Ворота
Золотые Ворота

Алистер Маклин (1922–1987) – британский писатель, автор 28 остросюжетных романов и приключенческих рассказов, сценарист. Его имя широко известно читателям всего мира. Книги Маклина разошлись тиражом более 150 миллионов экземпляров, по его романам, сценариям и сюжетам было снято 18 фильмов. В 1983 году Университет Глазго присвоил писателю степень доктора литературоведения.Герои Маклина живут и побеждают по всему земному шару, «от коммунистической Венгрии и Мексиканского залива до Сингапура, юга Франции, Сан-Франциско, Нидерландов и Северного Ледовитого океана» (kirkusreviews.com).Флагман этого сборника – роман «Золотые Ворота». Одноименный мост в Сан-Франциско, чудо инженерной мысли, считается неприступным, с точки зрения даже бдительных фэбээровцев. Особенно когда по нему проезжает президентский кортеж. Но для плохих парней, желающих сорвать банк, нет ничего невозможного…Возглавляющий банду фанатик одержим идеей спровоцировать колоссальное землетрясение и утопить Золотой штат в океане («Прощай, Калифорния!»). Власти расписываются в собственном бессилии. Кто остановит репетицию конца света?..Риск путешествия по джунглям Амазонии может быть оправдан, если цель – поиски древней цивилизации. Или похищенных сокровищ. Или самих похитителей («Река Смерти»).В романе «Цирк» фокусника с выдающимися способностями вербует ЦРУ, чтобы с его помощью узнать секретную формулу антивещества.

Алистер Маклин

Боевик / Детективы / Триллер / Приключения
Кукла на цепочке
Кукла на цепочке

Алистер Маклин (1922–1987) – британский писатель, автор 28 остросюжетных романов и приключенческих рассказов, сценарист. Его имя широко известно читателям всего мира. Книги Маклина разошлись тиражом более 150 миллионов экземпляров, по его романам, сценариям и сюжетам было снято 18 фильмов. В 1983 году Университет Глазго присвоил писателю степень доктора литературоведения.Герои Маклина живут и побеждают по всему земному шару, «от коммунистической Венгрии и Мексиканского залива до Сингапура, юга Франции, Сан-Франциско, Нидерландов и Северного Ледовитого океана» (kirkusreviews.com).Флагман сборника – «Кукла на цепочке». Матерый агент Интерпола, чьи методы работы порой выходят за рамки закона, прилетает в Амстердам, чтобы разоблачить преступный синдикат. И попадает в изощренную ловушку, расставленную врагами…Сюжет «Шлюза» связан с предыдущим романом. Террористы взрывают дамбу и угрожают затопить всю Голландию, если их требования не будут выполнены. Шеф полиции Амстердама поручает агенту под прикрытием внедриться в группировку…У берегов Шотландии угоняют несколько судов с драгоценным грузом («Когда пробьет восемь склянок»). Готовится операция по обезвреживанию пиратов, но происходит нечто непредвиденное…В Эгейском море терпит катастрофу самолет («Санторин»). Падение бомбардировщика с ядерным оружием на борту может вызвать извержение вулкана, цунами и ядерную зиму…Три романа в сборнике (кроме «Шлюза») выходят в новом переводе.

Алистер Маклин

Боевик / Детективы / Триллер / Приключения
Охотники на волков
Охотники на волков

Джеймс Оливер Кервуд – известный американский писатель, охотник, путешественник и натуралист. Его книги стоят в одном ряду с самыми популярными книгами Джека Лондона и Сетона-Томпсона. Значительную часть жизни Кервуд провел в странствованиях по глухим таежным районам Северной Канады и Аляски, впечатлениями от этих путешествий вдохновлены темы, сюжеты и персонажи его произведений. В настоящее издание вошли четыре произведения об отважных людях Севера: цикл о приключениях двух охотников на волков, индейца Ваби и белого юноши Родерика Дрю, и два исторических романа «Черный Охотник» и «На Равнинах Авраама». Действие этих историй происходит в неспокойные времена: между Англией и Францией идет война за колонии, в которую оказываются втянуты многие индейские племена, а по лесам бродит загадочный, внушающий трепет Черный Охотник…Все четыре романа сопровождаются редкими иллюстрациями американских и французских художников конца XIX – начала ХХ века.

Джеймс Оливер Кервуд

Вестерн, про индейцев / Исторические приключения / Приключения
Необычайные путешествия Сатюрнена Фарандуля в 5 или 6 частей света и во все страны, известные и даже неизвестные господину Жюлю Верну
Необычайные путешествия Сатюрнена Фарандуля в 5 или 6 частей света и во все страны, известные и даже неизвестные господину Жюлю Верну

Путешествия, плавания и полеты в пять или шесть частей света, встречи с капитаном Немо и Филеасом Фоггом, хитроумные изобретения и обыкновенная находчивость, недостижимые цели и неожиданная удача: «Необычайные путешествия Сатюрнена Фарандуля в 5 или 6 частей света и во все страны, известные и даже неизвестные господину Жюлю Верну» (1879) – это остроумная пародия на книги Жюля Верна и оригинальный образец «графического романа» последней трети XIX века.Французский писатель и художник Альбер Робида (1848–1926) известен как автор иллюстрированных футурологических романов, в которых предсказал многие реалии не только XX, но и XXI века: от повседневной жизни (телевидения и дистанционных покупок) до техногенных катастроф.Однако «Необычайные путешествия» – это книга о XIX веке, в которой преобладает не фантастика, а фантасмагория: происходящее настолько невероятно, что кажется одновременно смешным и страшным, удивительным и банальным, новым и знакомым с детства.Робида считал Жюля Верна своим учителем, но не подражал ему слепо, а дополнил и переосмыслил старые сюжеты и даже предвосхитил некоторые находки писателей следующего века. Так, роман о Сатюрнене Фарандуле – искателе приключений, воспитанном обезьянами в далеких джунглях, был написан почти за сорок лет до знаменитых историй о Тарзане Э. Берроуза.В этом издании воспроизводится полный комплект авторских иллюстраций к роману (455 рисунков).

Альбер Робида

Приключения
Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже